«Отблески Этерны»: персонажи второго ряда
Sep. 19th, 2022 12:06 pmНу, вы уже в курсе: спойлеры. А впрочем, тут такие спойлеры, что если вы до этого места дочитали, они вам ничего не испортят.
Я вот несколько затрудняюсь, как лучше назвать этих персонажей, не претендующих на роль главных героев. Второстепенными их уж точно не назовешь - а главных героев в цикле и не осталось, особенно после того, как Рокэ и Робер отступили и смешались с остальными. Давайте так и скажем: неглавные герои.
Собственно, пожалуй, основная серьезная претензия к этому циклу - что в книге практически нет по-настоящему сложных образов (после того, как Дика Окделла списали в расход). С внутренним конфликтом, развитием личности и т.п. Да, и правда: нету. Все персонажи, кого мы видим изнутри и чьими глазами наблюдаем развитие событий (а их очень много, непривычно много, вплоть до того, что мы не в состоянии уследить за непрерывной сменой точек зрения и текст начинает разваливаться у нас в руках, «камшиться», как сказала одна знакомая) - достаточно простые личности, хотите - скажите «цельные», хотите - «примитивные и картонные», преследующие свои, по сути, достаточно простые цели, которые можно описать если не в трех словах, то одной фразой. У Арлетты трое своих мальчишек и еще Росио, и она хочет, чтобы они все вернулись живыми, раз уж Арно никогда не вернется. Руппи спасает своего адмирала. Робер хочет всех спасти, жениться на Марианне и пожить, наконец, по-человечески. Лионель хочет благополучно провести страну через Излом. Хайнрих хочет того же для своей страны. Чарльз Давенпорт видит сны и хочет жениться на Мэллит. Жермон Ариго разбирается со старой юношеской травмой (кстати, очень хорошо показано, что травмы не «перерастают»: если ничего не делать, ты и через двадцать лет останешься пацаном, которого ни за что ни про что выгнали из дому без объяснений/неуклюжей девочкой, которую травили в школе) и любит свою Ирену. Матильде надо как-то (и зачем-то) жить дальше после всего, что случилось. Луиза Арамона... ну, там чуть посложнее, но тоже, в сущности, все просто: она хочет счастья своим детям, ну, и самой пожить чуток напоследок, раз уж такая возможность представилась. Сплошной примитив, никаких конфликтов. У кого-то из этих персонажей наблюдается нечто вроде развития личности (например, у Жермона, Руппи или Мэллит), кто-то на всем протяжении цикла остается таким, каким появился впервые. Сложность возникает сама собой, за счет их взаимодействия (ну, собственно, как и в жизни: достаточно запустить полтора десятка человек на одну коммунальную кухню - конфликты возникнут сами собой, «мама!» сказать не успеете).
Я бы уподобил это плетенке, где сами по себе линии просты, а узор создается за счет их переплетения; или, например, старинному многоголосию, где каждая отдельная партия достаточно примитивна - кто-то, возможно, и вовсе тянет всего одну ноту в нужном регистре, - а завораживающее впечатление создается согласным хором множества голосов, поющих каждый свое.

Теперь понятно, отчего оно имеет тенденцию расползаться неудержимо и неконтролируемо: такая структура в принципе бесконечна и не ограничена ничем, кроме воли автора, как мыльная опера. По сути, мыльная опера оно и есть. Другой вопрос - что содержание в этот формат тоже можно положить любое, не обязательно «мексиканские страсти» и «Ты сказала Хуану-Антонио, что ходила в аптеку?!» (ну, скажем, необходимость спасать страну на Изломе сразу меняет регистр исполнения). Если так подумать, формат «плетенки» ценен еще и тем, что его точно так же в любой момент можно и завершить.
Да, еще нельзя не упомянуть, что в тексте есть отдельная разновидность персонажей, которых я назвал бы "загадочными". Это тоже ключевые персонажи, играющие заметную роль в сюжете, которых мы изнутри не видим, и чье поведение... как бы это повежливей... выглядит нелогичным. Прежде всего это Штанцлер и Катарина. Если предположить, что Штанцлер - это такой Штирлиц, сорок лет назад заброшенный из Дриксен, чтобы последовательно гадить Талигу, тогда все понятно. Он тут втихаря Родине служит. Но если это свой, доморощенный предатель, тогда совершенно непонятно, откуда в человеке столько самоотверженности, мужества и последовательности в его стремлении гадить Талигу. Это ж никаких денег не захочешь. Несомненно, автор это все объясняет где-нибудь на форуме, но вот из текста я этого не понял. Про Катарину я уже говорил: черный ящик, который выдает совершенно непредсказуемые поступки. Нафига она, например, Дику Окделлу все эти эротические фанфики рассказывает - я так и не понял. Ну, если не считать естественного женского желания просто поговорить о грязном сексе. Но ведь это же рискованно, в конце концов: говорить о таких вещах с малолетними девственниками. Так же и изнасиловать могут - а она вроде как женщина умная и осторожная? Короче, загадочные это персонажи, иначе не скажешь.
Я вот несколько затрудняюсь, как лучше назвать этих персонажей, не претендующих на роль главных героев. Второстепенными их уж точно не назовешь - а главных героев в цикле и не осталось, особенно после того, как Рокэ и Робер отступили и смешались с остальными. Давайте так и скажем: неглавные герои.
Собственно, пожалуй, основная серьезная претензия к этому циклу - что в книге практически нет по-настоящему сложных образов (после того, как Дика Окделла списали в расход). С внутренним конфликтом, развитием личности и т.п. Да, и правда: нету. Все персонажи, кого мы видим изнутри и чьими глазами наблюдаем развитие событий (а их очень много, непривычно много, вплоть до того, что мы не в состоянии уследить за непрерывной сменой точек зрения и текст начинает разваливаться у нас в руках, «камшиться», как сказала одна знакомая) - достаточно простые личности, хотите - скажите «цельные», хотите - «примитивные и картонные», преследующие свои, по сути, достаточно простые цели, которые можно описать если не в трех словах, то одной фразой. У Арлетты трое своих мальчишек и еще Росио, и она хочет, чтобы они все вернулись живыми, раз уж Арно никогда не вернется. Руппи спасает своего адмирала. Робер хочет всех спасти, жениться на Марианне и пожить, наконец, по-человечески. Лионель хочет благополучно провести страну через Излом. Хайнрих хочет того же для своей страны. Чарльз Давенпорт видит сны и хочет жениться на Мэллит. Жермон Ариго разбирается со старой юношеской травмой (кстати, очень хорошо показано, что травмы не «перерастают»: если ничего не делать, ты и через двадцать лет останешься пацаном, которого ни за что ни про что выгнали из дому без объяснений/неуклюжей девочкой, которую травили в школе) и любит свою Ирену. Матильде надо как-то (и зачем-то) жить дальше после всего, что случилось. Луиза Арамона... ну, там чуть посложнее, но тоже, в сущности, все просто: она хочет счастья своим детям, ну, и самой пожить чуток напоследок, раз уж такая возможность представилась. Сплошной примитив, никаких конфликтов. У кого-то из этих персонажей наблюдается нечто вроде развития личности (например, у Жермона, Руппи или Мэллит), кто-то на всем протяжении цикла остается таким, каким появился впервые. Сложность возникает сама собой, за счет их взаимодействия (ну, собственно, как и в жизни: достаточно запустить полтора десятка человек на одну коммунальную кухню - конфликты возникнут сами собой, «мама!» сказать не успеете).
Я бы уподобил это плетенке, где сами по себе линии просты, а узор создается за счет их переплетения; или, например, старинному многоголосию, где каждая отдельная партия достаточно примитивна - кто-то, возможно, и вовсе тянет всего одну ноту в нужном регистре, - а завораживающее впечатление создается согласным хором множества голосов, поющих каждый свое.

Теперь понятно, отчего оно имеет тенденцию расползаться неудержимо и неконтролируемо: такая структура в принципе бесконечна и не ограничена ничем, кроме воли автора, как мыльная опера. По сути, мыльная опера оно и есть. Другой вопрос - что содержание в этот формат тоже можно положить любое, не обязательно «мексиканские страсти» и «Ты сказала Хуану-Антонио, что ходила в аптеку?!» (ну, скажем, необходимость спасать страну на Изломе сразу меняет регистр исполнения). Если так подумать, формат «плетенки» ценен еще и тем, что его точно так же в любой момент можно и завершить.
Да, еще нельзя не упомянуть, что в тексте есть отдельная разновидность персонажей, которых я назвал бы "загадочными". Это тоже ключевые персонажи, играющие заметную роль в сюжете, которых мы изнутри не видим, и чье поведение... как бы это повежливей... выглядит нелогичным. Прежде всего это Штанцлер и Катарина. Если предположить, что Штанцлер - это такой Штирлиц, сорок лет назад заброшенный из Дриксен, чтобы последовательно гадить Талигу, тогда все понятно. Он тут втихаря Родине служит. Но если это свой, доморощенный предатель, тогда совершенно непонятно, откуда в человеке столько самоотверженности, мужества и последовательности в его стремлении гадить Талигу. Это ж никаких денег не захочешь. Несомненно, автор это все объясняет где-нибудь на форуме, но вот из текста я этого не понял. Про Катарину я уже говорил: черный ящик, который выдает совершенно непредсказуемые поступки. Нафига она, например, Дику Окделлу все эти эротические фанфики рассказывает - я так и не понял. Ну, если не считать естественного женского желания просто поговорить о грязном сексе. Но ведь это же рискованно, в конце концов: говорить о таких вещах с малолетними девственниками. Так же и изнасиловать могут - а она вроде как женщина умная и осторожная? Короче, загадочные это персонажи, иначе не скажешь.
no subject
Date: 2022-09-19 11:53 am (UTC)no subject
Date: 2022-09-19 02:09 pm (UTC)no subject
Date: 2022-09-19 02:18 pm (UTC)no subject
Date: 2022-09-19 02:03 pm (UTC)no subject
Date: 2022-09-19 04:44 pm (UTC)no subject
Date: 2022-09-19 06:00 pm (UTC)То есть я понимаю претензию, что там висящие на стене ружья недостреливают, и заложенные конфликты не находят своего катарсиса, но вот уж не в отсутствии внутренних конфликтов там дело.
no subject
Date: 2022-09-19 06:43 pm (UTC)no subject
Date: 2022-09-20 01:01 am (UTC)no subject
Date: 2022-09-20 05:11 am (UTC)