![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kot_kamВсе-таки очень хорошо я сделал, что спросил у народа. До многих вещей сам бы я не додумался или не сформулировал бы так четко. Все-таки в иных случаях ум хорошо, а двадцать - лучше (а сто - тем более). Огромное спасибо всем, кто принял участие в обсуждении, и в ЖЖ, и на фейсбуке.
В итоге какого-то единого определения все равно не получается, но это и не нужно. «Графоман» - не научный термин, а у любого живого слова всегда есть несколько значений. В общем, я выбрал несколько значений, которые частично совпадают и перекрываются, частично друг другу, возможно, даже противоречат (это нормально).
0) Для начала, нельзя не упомянуть, что многие - как минимум, некоторые, - готовы рассматривать слово «графоман» как нейтральное. То есть «графоман» - это не что-то плохое, а просто человек, который много пишет и т.п. Сразу скажу, что я с такой трактовкой не согласен. Отрицательная коннотация, если уж она завелась, от слова отваливается крайне редко. Если слово «графоман» утратило отрицательную коннотацию, оно просто выйдет из обихода (что, собственно, уже и происходит, имхо). Хорошего писателя графоманом не назовут, просто не используют этого слова.
1) Далее, для меня, пожалуй, наиболее существенное: «Тот, кому нравится писать, но сказать нечего и результат не стоит того, чтоб тратить время на прочтение». Вот именно: тот, кто пишет, когда сказать ему нечего.
2) Далее, пожалуй, наиболее распространенная трактовка: «человек, одержимый самим процессом написания текстов - и потому не особо критичный к результатам». «Графоман, как я понимаю это слово, — человек, у которого желание писать превратилось в манию. При этом он не стремится писать хорошо (то есть черновики с кучей правок и десять версий одной страницы — не про него) и не воспринимает обратную связь (опубликовали — не опубликовали, хвалили — ругали — вообще не заметили и т.п.)». «Не умеет, но пишет».
3) «Для меня здесь ключевая часть слова: мания. Компульсивное стремление писать и сверхценность всего написанного, отсюда отсутствие критики и острое стремление пробиться к читателю. Вполне допускаю, что графоман в таком понимании может быть успешным автором и создавать шедевры». «На мой взгляд графоман - это понятие из области психологии, а не писательства. Человек, который зациклен на идее "я-писатель", который хочет быть принят обществом именно в этом качестве и в стремлении к этому переходит границы здравого смысла... Качество написанного тут, имхо, не главное - вернее если человек пишет хорошо, то все и так будут считать его писателем».
Вот, пожалуй, три основных определения, которые для меня исчерпывающе описывают понятие «графоман». Нетрудно заметить, что они включают в себя три основных аспекта писательского ремесла: содержание, смысл («писателю есть что сказать/графоману сказать нечего»), форму («писатель пишет хорошо и старается писать еще лучше/графоман пишет плохо и не старается писать лучше») и взаимодействие с социумом («писатель признан социумом в качестве такового/графоман не признан и жаждет быть признанным»).
Нетрудно заметить также, что по отдельности каждое из них спорно, неполно и однобоко, хотя для каждого из нас, разумеется, какой-то из аспектов является важнейшим. Скажем, лично я потому и не пишу, что считаю, что сказать мне нечего - а когда мне есть чего сказать, то я тут же и пишу. Если речь идет не о вас, а о ком-то другом, то вполне может статься, что вот это ваше «ничего» на самом деле и есть содержание, просто для вас лично оно неактуально, неинтересно и пр. Это не значит, что вы тупой - но это значит, что данный графоман и не графоман вовсе, просто пишет он не для вас, так бывает. Писатель не сто баксов, чтобы быть интересным для всех.
Что касается второго пункта, качества текста (и сюда же обычно еще включается нетерпимость к критике) - тоже не так-то просто судить, в самом ли деле текст плох, или это вы лично так считаете (даже если вместе с вами еще десять тысяч специалистов считают так же). В этом смысле, конечно, особенно показателен Лев Толстой. Можно считать, что он плохо пишет, что его стиль ужасен - но если заглянуть в его черновики, скажем, к «Войне и миру», и проследить, как появлялся на свет тот текст, которым нас мучили в школе, становится очевидно, что Толстой преднамеренно добивался именно того, что получилось в итоге. То есть «писать хорошо» (гладко, красиво, связно, выверенно) он умел - но почему-то прилагал титанические усилия, чтобы этого не делать. Это не бага, это фича. (Почему и зачем он так делал - я обсуждал в другом месте, сейчас на этом останавливаться не стану). Естественно, что любого и каждого сетеписца так, как Толстого, разбирать не будешь. Скорее всего, в девяноста - если не в девяноста девяти процентах случаев скверный текст - это просто скверный текст, но судить об этом с уверенностью я не возьмусь. Просто отойду в сторону. И кстати, а черновиков-то после нас ведь и не останется, в большинстве своем. Процесса работы над текстом видно не будет (если, конечно, автор не включал в ходе работы «историю изменений»). Так что отличить текст, который просто плохо написан, и текст, который стопиццот раз правили и выверяли, чтобы добиться ровно такого вот впечатления, у потомков не получится. Придется верить на слово авторам, а авторы любят приврать как в ту, так и в другую сторону. ;-) Ах да, и нетерпимость к критике. Это про то же. Возможно, данный автор в самом деле без ума от своего текста и попросту не желает слышать вообще никаких замечаний - это частенько бывает. А возможно, вы пытаетесь критиковать именно то, ради чего весь текст и писался. Ну просто он писался не для вас, извините. Возможно также, что автор не желает слышать не любой критики, а конкретно вашей. Возможно, вы не такой хороший и беспристрастный критик, как вам кажется - и это тоже бывает. ;-) И здесь непризнанного гения от банального графомана никак не отличишь. Лет сто спустя потомки рассудят. Или нет. Иногда непризнанные гении так и остаются непризнанными.
Что переводит нас к третьему пункту: взаимодействие с социумом, оно же ПРИЗНАНИЕ. Которое у настоящего писателя есть, а у графомана нету - а хочется! Я думаю - мне кажется, - что данный пункт определения мало-помалу будет сходить на нет. Если до недавнего времени писатель вообще, а поэт в особенности был чем-то уникальным, не от мира сего («Поэт существо легкое, крылатое и священное»(с)), и сами поэты об этом рассуждали много и подробно, то теперь все чаще писатель, поэт - это просто человек, который пишет. Стихи или прозу. А что в этом такого особенного? Все же пишут. Публикуется, зарабатывает этим на жизнь - это дело другое, но зарабатывать на жизнь писательством - это скорее ремесло и тяжкий труд, чем некий особый дар (в том же обсуждении пару раз упоминались люди, которые по первому и особенно второму пункту скорее графоманы, чем писатели, при этом они и публикуются, и зарабатывают этим, причем и неплохо так зарабатывают, так что это вот вообще ни разу не показатель). Ну, а стихами нынче на жизнь не заработаешь и подавно. Так что среди моих знакомых есть некоторое количество людей, которые пишут стихи, в диапазоне от очень талантливых до «уберите и не показывайте больше» (все это, разумеется, по моему личному мнению), но считают ли они себя «поэтами» или просто пишут стихи - это вопрос их личного мнения. Если ты назовешь себя «поэтом», в твоем окружении всегда найдутся люди, которые поддержат тебя в этом мнении (хотя бы из дружеских чувств или по принципу «петушка хвалит кукуха»). Если ты просто будешь иногда выкладывать стихи под замком, их будут читать, иногда хвалить, иногда они будут украшать чью-нибудь жизнь, иногда нет. Я просто читаю стихи тех авторов, что мне нравятся, и пролистываю стихи тех, кто мне не интересен (это не значит, что они плохи, просто мне лично они не интересны как поэты, это мое субъективное мнение, а не Объективный Взгляд Филолога с Тридцатилетним Стажем, я ваще не по этой части филолог). В общем и целом, вот та ситуация, когда Бродского осудили как тунеядца за то, что он посмел не по чину присвоить себе высокое звание Поэта (которое, как известно, имеет право присуждать только Союз писателей СССР), в наши дни практически невозможна. Ну хочешь быть поэтом - будь. А то, что тебя это не кормит - так кого ж это прокормить может. Тунеядцем в наше время быть никто не запрещает, это дело между тобой и теми, кто тебя содержит, делом общественным оно может стать разве что тогда, когда ты за свои стихи вздумаешь потребовать донатов (а тогда тебя обосрут в любом случае, готовься). А лайков и отзывов тебе накидают в любом случае; впрочем, если не накидают, это тоже ни о чем не говорит. Ну, «никому не зашло», бывает.
В итоге какого-то единого определения все равно не получается, но это и не нужно. «Графоман» - не научный термин, а у любого живого слова всегда есть несколько значений. В общем, я выбрал несколько значений, которые частично совпадают и перекрываются, частично друг другу, возможно, даже противоречат (это нормально).
0) Для начала, нельзя не упомянуть, что многие - как минимум, некоторые, - готовы рассматривать слово «графоман» как нейтральное. То есть «графоман» - это не что-то плохое, а просто человек, который много пишет и т.п. Сразу скажу, что я с такой трактовкой не согласен. Отрицательная коннотация, если уж она завелась, от слова отваливается крайне редко. Если слово «графоман» утратило отрицательную коннотацию, оно просто выйдет из обихода (что, собственно, уже и происходит, имхо). Хорошего писателя графоманом не назовут, просто не используют этого слова.
1) Далее, для меня, пожалуй, наиболее существенное: «Тот, кому нравится писать, но сказать нечего и результат не стоит того, чтоб тратить время на прочтение». Вот именно: тот, кто пишет, когда сказать ему нечего.
2) Далее, пожалуй, наиболее распространенная трактовка: «человек, одержимый самим процессом написания текстов - и потому не особо критичный к результатам». «Графоман, как я понимаю это слово, — человек, у которого желание писать превратилось в манию. При этом он не стремится писать хорошо (то есть черновики с кучей правок и десять версий одной страницы — не про него) и не воспринимает обратную связь (опубликовали — не опубликовали, хвалили — ругали — вообще не заметили и т.п.)». «Не умеет, но пишет».
3) «Для меня здесь ключевая часть слова: мания. Компульсивное стремление писать и сверхценность всего написанного, отсюда отсутствие критики и острое стремление пробиться к читателю. Вполне допускаю, что графоман в таком понимании может быть успешным автором и создавать шедевры». «На мой взгляд графоман - это понятие из области психологии, а не писательства. Человек, который зациклен на идее "я-писатель", который хочет быть принят обществом именно в этом качестве и в стремлении к этому переходит границы здравого смысла... Качество написанного тут, имхо, не главное - вернее если человек пишет хорошо, то все и так будут считать его писателем».
Вот, пожалуй, три основных определения, которые для меня исчерпывающе описывают понятие «графоман». Нетрудно заметить, что они включают в себя три основных аспекта писательского ремесла: содержание, смысл («писателю есть что сказать/графоману сказать нечего»), форму («писатель пишет хорошо и старается писать еще лучше/графоман пишет плохо и не старается писать лучше») и взаимодействие с социумом («писатель признан социумом в качестве такового/графоман не признан и жаждет быть признанным»).
Нетрудно заметить также, что по отдельности каждое из них спорно, неполно и однобоко, хотя для каждого из нас, разумеется, какой-то из аспектов является важнейшим. Скажем, лично я потому и не пишу, что считаю, что сказать мне нечего - а когда мне есть чего сказать, то я тут же и пишу. Если речь идет не о вас, а о ком-то другом, то вполне может статься, что вот это ваше «ничего» на самом деле и есть содержание, просто для вас лично оно неактуально, неинтересно и пр. Это не значит, что вы тупой - но это значит, что данный графоман и не графоман вовсе, просто пишет он не для вас, так бывает. Писатель не сто баксов, чтобы быть интересным для всех.
Что касается второго пункта, качества текста (и сюда же обычно еще включается нетерпимость к критике) - тоже не так-то просто судить, в самом ли деле текст плох, или это вы лично так считаете (даже если вместе с вами еще десять тысяч специалистов считают так же). В этом смысле, конечно, особенно показателен Лев Толстой. Можно считать, что он плохо пишет, что его стиль ужасен - но если заглянуть в его черновики, скажем, к «Войне и миру», и проследить, как появлялся на свет тот текст, которым нас мучили в школе, становится очевидно, что Толстой преднамеренно добивался именно того, что получилось в итоге. То есть «писать хорошо» (гладко, красиво, связно, выверенно) он умел - но почему-то прилагал титанические усилия, чтобы этого не делать. Это не бага, это фича. (Почему и зачем он так делал - я обсуждал в другом месте, сейчас на этом останавливаться не стану). Естественно, что любого и каждого сетеписца так, как Толстого, разбирать не будешь. Скорее всего, в девяноста - если не в девяноста девяти процентах случаев скверный текст - это просто скверный текст, но судить об этом с уверенностью я не возьмусь. Просто отойду в сторону. И кстати, а черновиков-то после нас ведь и не останется, в большинстве своем. Процесса работы над текстом видно не будет (если, конечно, автор не включал в ходе работы «историю изменений»). Так что отличить текст, который просто плохо написан, и текст, который стопиццот раз правили и выверяли, чтобы добиться ровно такого вот впечатления, у потомков не получится. Придется верить на слово авторам, а авторы любят приврать как в ту, так и в другую сторону. ;-) Ах да, и нетерпимость к критике. Это про то же. Возможно, данный автор в самом деле без ума от своего текста и попросту не желает слышать вообще никаких замечаний - это частенько бывает. А возможно, вы пытаетесь критиковать именно то, ради чего весь текст и писался. Ну просто он писался не для вас, извините. Возможно также, что автор не желает слышать не любой критики, а конкретно вашей. Возможно, вы не такой хороший и беспристрастный критик, как вам кажется - и это тоже бывает. ;-) И здесь непризнанного гения от банального графомана никак не отличишь. Лет сто спустя потомки рассудят. Или нет. Иногда непризнанные гении так и остаются непризнанными.
Что переводит нас к третьему пункту: взаимодействие с социумом, оно же ПРИЗНАНИЕ. Которое у настоящего писателя есть, а у графомана нету - а хочется! Я думаю - мне кажется, - что данный пункт определения мало-помалу будет сходить на нет. Если до недавнего времени писатель вообще, а поэт в особенности был чем-то уникальным, не от мира сего («Поэт существо легкое, крылатое и священное»(с)), и сами поэты об этом рассуждали много и подробно, то теперь все чаще писатель, поэт - это просто человек, который пишет. Стихи или прозу. А что в этом такого особенного? Все же пишут. Публикуется, зарабатывает этим на жизнь - это дело другое, но зарабатывать на жизнь писательством - это скорее ремесло и тяжкий труд, чем некий особый дар (в том же обсуждении пару раз упоминались люди, которые по первому и особенно второму пункту скорее графоманы, чем писатели, при этом они и публикуются, и зарабатывают этим, причем и неплохо так зарабатывают, так что это вот вообще ни разу не показатель). Ну, а стихами нынче на жизнь не заработаешь и подавно. Так что среди моих знакомых есть некоторое количество людей, которые пишут стихи, в диапазоне от очень талантливых до «уберите и не показывайте больше» (все это, разумеется, по моему личному мнению), но считают ли они себя «поэтами» или просто пишут стихи - это вопрос их личного мнения. Если ты назовешь себя «поэтом», в твоем окружении всегда найдутся люди, которые поддержат тебя в этом мнении (хотя бы из дружеских чувств или по принципу «петушка хвалит кукуха»). Если ты просто будешь иногда выкладывать стихи под замком, их будут читать, иногда хвалить, иногда они будут украшать чью-нибудь жизнь, иногда нет. Я просто читаю стихи тех авторов, что мне нравятся, и пролистываю стихи тех, кто мне не интересен (это не значит, что они плохи, просто мне лично они не интересны как поэты, это мое субъективное мнение, а не Объективный Взгляд Филолога с Тридцатилетним Стажем, я ваще не по этой части филолог). В общем и целом, вот та ситуация, когда Бродского осудили как тунеядца за то, что он посмел не по чину присвоить себе высокое звание Поэта (которое, как известно, имеет право присуждать только Союз писателей СССР), в наши дни практически невозможна. Ну хочешь быть поэтом - будь. А то, что тебя это не кормит - так кого ж это прокормить может. Тунеядцем в наше время быть никто не запрещает, это дело между тобой и теми, кто тебя содержит, делом общественным оно может стать разве что тогда, когда ты за свои стихи вздумаешь потребовать донатов (а тогда тебя обосрут в любом случае, готовься). А лайков и отзывов тебе накидают в любом случае; впрочем, если не накидают, это тоже ни о чем не говорит. Ну, «никому не зашло», бывает.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2024-03-11 12:09 pm (UTC)именно так, особливо «литературные критики» никогда не преминут насовать полную панамку, гг
no subject
Date: 2024-03-11 12:31 pm (UTC)"взаимодействие с социумом, оно же ПРИЗНАНИЕ. <...> данный пункт определения мало-помалу будет сходить на нет."
Как раз наоборот. Просто механизмы признания меняются.
Про выходит из обихода любопытно, не задумывалась об этом, а пожалуй что так.
См. также:
Хлебников: графоман
ka2.ru
https://znamlit.ru/publication.php?id=767
no subject
Date: 2024-03-11 02:29 pm (UTC)no subject
Date: 2024-03-11 02:47 pm (UTC)Тут смотря что считать признанием (кстати вот в ходе обдумывания комментария осознал, что сама по себе публикация в сети актом признания (consecration, это термин) не является), как раз примерно об этом я щас пишу статью
UPD отдельно хочу отметить, какое точное попадание со словом "признание", потому что на русском термина consecration кажется не существует, и я использую то же самое слово
no subject
Date: 2024-03-11 02:48 pm (UTC)А в целом да, утверждение что "в наше время самый убогий графоман (которых не существует))) имеет шанс на свой кусочек признания" примерно о том же, что я и говорю в первом комменте — что механизмы его меняются
no subject
Date: 2024-03-11 02:51 pm (UTC)Есть ещё такая, увы, актуальная вещь, как позиция автора по некоему остросоциальному (или политическому) вопросу. Вспомнить хотя бы Некрасова, не говоря уже о белинских-герценах-чернышевских, которыми нас в советское время в школе пичкали и которые мной как писатели (по определению писатель творит художественный текст) вообще не воспринимались. В отличие, к слову, от Салтыкова-Щедрина, которого мне посчастливилось почитать вне школьной программы и которого получалось воспринимать вне политического контекста.
Так вот, совпадение позиций писателя и читателя влияет как минимум на высоту порога вхождения. Если я разделяю взгляды и убеждения автора, этот порог может быть очень низким, практически незаметным. А вот если он занимает позицию, для меня неприемлемую, то воспринимать его тексты может быть намного сложнее, во всяком случае простому читателю, а не профи, привыкшему оценивать тексты независимо от привходящих факторов. Многие люди вообще не станут читать автора, с которым не согласны «по земельному вопросу», а если станут, то исключительно с целью найти повод их обругать.
Тут ещё личное знакомство с автором может играть роль. Если я этого человека хорошо знаю, то даже если я с ним не согласен по самым важным для меня вопросам, я могу его текст прочитать и попытаться вникнуть в его позицию (хотя бы из принципа «знай своего врага»). А вот если он мне незнаком или безразличен, я не стану себя принуждать вникать в его тексты (тем более стихи) — да понятно же, что эти гады из другого лагеря все бездари и сволочи, что они хорошего могут сотворить?.. Сейчас (да и вообще в периоды разных общественных кризисов) такое особенно часто встречается, увы.
no subject
Date: 2024-03-11 03:20 pm (UTC)Ну да, именно поэтому Чернышевский не воспринимается как автор отличного дамского романа, получше всяких Донцовых. Потому что он подпустил туда чуточку политики.
no subject
Date: 2024-03-11 03:37 pm (UTC)Вообще про то, что внешняя презрительная кличка порой прилипает как самоназвание, нам даже в очень средней школе рассказывали. Гёзы, всё такое. Мне кажется, сейчас пытается идти (не факт, придёт ли, но попробовать-то можно!) именно этот процесс. Да, скифы мы, да, графоманы мы!
// И здесь непризнанного гения от банального графомана никак не отличишь
Вот собственно поскольку "непризнанный" в нашем обществе имеет оттенок "страдалец за правду", некоторым хочется, чтобы из именно что признали непризнанными. Кто и по какой процедуре признаёт людей непризнанными.. ну хрен с ними, пусть не гениями, пусть просто непризнанными писателями?
Аналогичный вопрос про политику: кто признаёт, эээ, политии непризнанными государствами? "Заречная Слобода борется за признание себя непризнанным государством".
Содержательно, про себя: ну, я считаю, что мне есть что сказать (узкой группе любителей, отнюдь не человечеству!), что писать я не умею и, честно говоря, не хочу (в смысле именно процесса... никакого кайфа от собственно писания я не испытываю), но хочу прочитать то, что никто, кроме меня, не напишет. И прямой эксперимент показал, что последней мотивации, увы, не достаточно, нужно находить хотя бы одного (да, одного может быть достаточно) другого читателя. Тогда волей не волей садишься и пишешь слова. Для самого себя можно вообразить, а для другого -- увы, другой тебе в голову не заглянет. И начинаешь хоть как-то, хоть плохонько, редактировать, править формулировки, вот всё это. Вот сочетания "было бы интересно такое прочитать мне и ещё одному человеку" уже достаточно. Меньше -- нет. Так что я, пожалуй, не графоман, а просто плохой и очень узконишевый писатель. :-)
... Какое милое у нас тысячелетье на дворе! ...
no subject
Date: 2024-03-11 03:45 pm (UTC)Презрительная кличка прирастает в политике. Да, гёзы, да, виги, да, ватники. В искусстве — вряд ли.
no subject
Date: 2024-03-12 11:42 am (UTC)импрессионисты)
no subject
Date: 2024-03-13 12:22 am (UTC)Кир, я тебя свам знаишь што! ;-P
no subject
Date: 2024-03-13 11:12 am (UTC)«Графоман» - не научный термин, а у любого живого слова всегда есть несколько значений.
-----
Эм, зародился вполне себе как научный. Пишут, что первым его использовал сам Эскироль, который собственно и ввёл саму концепцию "-маний", но тут есть сомнения. Другое дело, что его очень быстро подхватила широкая публика (как и саму концепцию) и очень быстро размыла смысл до полной неузнаваемости.
Но в психиатрии понятие вполне себе осталось, хотя психиатры сейчас предпочитают пользоваться терминами "графорея" и "гиперграфия", насколько я понимаю. Именно, чтобы отдалится от этого бытового оценочного употребления.
В своей острой форме отношения к литературе вообще не имеет. Пациенты могут просто повторять на бумаге отдельные буквы, слова и выражения, могут писать какую-то бессмыслицу, могут концентрироваться на виде написанного (варьировать размер и вид букв, писать задом наперед или по кругу...). То есть это именно обсессивно-компульсивное расстройство, хорошо описанное, неплохо диагностируемое и даже привязанное к определенным психическим болезням, например некоторым формам эпилепсии (привет Федор Михалычу). Был даже один уголовный процесс, где именно анализ дневника потерпевшей послужил одним из доказательств наличия у неё эпилепсии.
И тут важно понимать, что для человека с таким ОКР важен именно сам процесс переноса знаков на бумагу/монитор. Тот, кого в быту называют графоманом не стремится "писать хорошо" именно потому, что такой цели у него не стоит изначально, для него самоценен сам процесс создания текста.
А есть люди, которые при наличии ОКР способны контролировать результат своего творчества, его редактировать и совершенствовать. И да, Достоевский скорее всего в этой категории, но вполне возможно, что и Бёрнс, По и, по его собственному признанию, Азимов. Кэрролл, кстати, хоть книг у него и немного, но за свою жизнь он написал почти сто тысяч писем. И сюда же Пришвин, который больше пятидесяти лет вёл необычайно подробный дневник, там за сто тысяч страниц текста. Могут быть и не литераторы вообще, в эту же категорию относят Ван Гога, с его двумя тысячами картин. Тем более, что у Ван Гога моменты наиболее интенсивного творчества сочетались с не менее интенсивным написанием писем, он мог писать по два-три огромных письма в день. Очень похожее поведение демонстрировал и Шуман у которого, кстати, диагностировали шизофрению.
А вообще есть такой идеальный образец графомана как Элеанор Хибберт с её двумястами романами под восемью псевдонимами. :) У нас её точно переводили как Викторию Холт. Для неё написание текстов было именно смыслом жизни, она сидела за машинкой по пять часов в день, семь дней в неделю. Но при этом она очень много работала над качеством текстов, изучала источники для своих исторических романов так тщательно, что написала ещё с пяток исторических исследований и биографий, меняла жанры и как минимум один сам изобрела. В общем образец человека, который своим расстройством не страдает, а наслаждается. :)