Же сюи Окделл

[kot_kam]

Да, исчо раз про Окделла, извините. Я просто нащупал точку расхождения. В зависимости от читателя. Вот к предыдущему посту пишет человек в комментах:

"Окделл... бестолковый и безответственный парень, который ничему не учится, никому не помогает и проваливает просто все квесты... Очень мерзкий персонаж с самого начала".

Пожалуй, да, это один из ключевых моментов восприятия. Женщина, которая это пишет, сама по себе очень умная, добросовестная, ответственная и независимая... по типажу, наверное, ближе всего к Ойгену Райнштайнеру, если так подумать. На Окделла она смотрит со стороны, если она Окделлов и встречала в жизни, то для нее это, скорее, тот неприятный малый, который всех подвел (в том числе ее лично). Окделл всегда подведет, тут уж к гадалке не ходи. Лучше с таким не связываться, а если связался, то развязаться как можно скорее.

На холиварке периодически всплывает вопрос: как вы "упали в фэндом "Этерны"? Кто-то с самого начала увлекся линией Робера и Альдо, а линию Рокэ и Окделла нетерпеливо пролистывал. Кто-то первые несколько томов прочел через силу или от нефиг делать, а по-настоящему увлекся, когда авантюрный роман обернулся "великой книгой о великой войне". (Кто-то вообще сперва фанфики читал, а потом уже решил все-таки почитать и исходник...) По-разному бывает, короче. Вот меня сразу зацепило именно линией Рокэ и Окделла. Меня тут френд спросил: почему Окделл? Почему все время Окделл? Почему я, например, Робера не упоминаю? Логичный вопрос. Да потому что Робер мне не особенно интересен. Нет, это не значит, что я не могу влезть в его шкуру: я, извините, переводчик и ролевик, то и другое с тридцатилетним стажем, в шкуру я влезть могу практически в чью угодно, хоть Горлума, хоть Саурона, иначе бы я работать не смог. Но некоторые шкуры не настолько интересны, чтобы в них влезать. У меня, например, не было опыта взросления в большой и теплой, дружной, принимающей семье. Которая в нужный момент так же дружно пойдет и прыгнет с крыши, потому что глава семьи сказал всем прыгать с крыши, даже не попытавшись усомниться. ("Сделаем, как хочет отец. Так будет лучше. — Я в этом не уверен, — сказал Скарпхедин, — потому что отец наш ебанулся (er nú feigur). Но в угоду отцу я охотно сгорю с ним вместе". "Сага о Ньяле", очень вольный перевод. На всякий случай: я помню, что в саге ситуация принципиально иная, и кто именно довел дело до того, что их приехали сжигать в доме, тоже помню). Ну то есть конкретно вот таких проблем у меня нет и никогда не было. Роберу я глубоко сочувствую, прекрасно его понимаю, где-то даже им восхищаюсь - но он мне не настолько интересен, чтобы за него зацепиться всерьез. Слава Богу, и опыта взросления в семье, где ты либо безупречен, либо не жилец (а у папы на твое место еще несколько наследников в запасе; собственно, мне только что пришло в голову, что если неглупый парень Валентин всерьез рассматривает версию о том, что Джастина прикончил папа, значит, в их семье сама эта идея, мягко говоря, не исключена и нормально вписывается в общий ход событий. То есть гадкий мальчишка Питер не на ровном месте вырос таким гадким - он, как и Валентин, принимает в расчет версию, что от лишних, ненужных и неправильных членов семьи в принципе можно и нужно избавляться, просто он, в отличие от Валентина, исходит из того, что остаться должен именно он. А почему нет-то? Единственного наследника уж точно никто не тронет... ну, в рамках его представлений) у меня тоже нет, поэтому и Придды мне не настолько интересны. У меня есть свой личный внутренний ад, чужого мне не надо, спасибо большое.

А вот на месте Окделла я как раз был. Нет, не в буквальном смысле слова (в буквальном я в такой ситуации если и бывал, то как раз на месте Рокэ; именно поэтому я не готов снисходительно относиться к его мудацким играм с Окделлом). Просто то, что моя собеседница воспринимает как "очень мерзкий персонаж с самого начала", я с высоты своих пятидесяти с небольшим лет воспринимал с легким таким умилением. Вот надо же, автор взял в герои ровно такого парня, как я. И описывает его изнутри с небывалым реализмом, как есть. "Все наши глупости и мелкие злодейства", все эти подленькие мыслишки и дурацкие идеи о собственном величии, которые в голове поневоле крутятся и за которые потом самому стыдно, на удивление узнаваемы. Как я написал в комментах своей собеседнице, "могу по приколу свои дневники поднять, в том же возрасте писанные, там все примерно то же самое будет" (я в этом возрасте очень заботился о том, чтобы быть честным, хотя бы с самим собой). Насчет того, что Окделл бестолковый и безответственный, ничему не учится и никому не помогает - это хороший вопрос. Я бы сказал иначе: у Окделла есть потенциал быть толковым и ответственным, только он напрочь не соображает, как к этому подступиться и с какого конца за это взяться.

Надо заметить, что Окделл вообще не выглядит как что-то, что могло вырасти естественным путем в тех условиях в ту эпоху. Я понимаю, что «Кэртиана не Земля», но в книге описан нормальный позднефеодальный быт со всеми его особенностями, ничего такого, что позволяло бы говорить, что вот, мол, там все вообще иначе, чем на Земле в соответствующую эпоху, автор не прописал. А Окделл при этом описан изнутри как типичный позднесоветский инфантильный подросток из интеллигентной семьи - и именно этим он и близок многим... как минимум некоторым читателям. «Хорошо воспитанный» по меркам советской бабушки: разговаривает вежливо, не перечит старшим, не капризничая лопает все, что поставили на стол, и слушается маму. Во всем остальном он непроходимо наивен и абсолютно беспомощен. Окделл однозначно не выглядит как наследник герцога. Его никогда и не воспитывали как будущего герцога. Ни в пятнадцать лет, ни в одиннадцать. В пятнадцать, допустим, потому что отец убит и семья в глухой опале. Ну допустим. Но он и в двенадцать лет, когда в семье было все в порядке и Окделлы были еще нормальной знатью, явно не воспитывался как подобает. Вспомните, сколько всего мы с вами уже знали и умели к двенадцати годам. И это мы с вами, никто и звать никак, а тут будущий герцог, единственный наследник. Как заметил мой домашний историк, двенадцатилетний наследник герцога уже пару лет как должен бы ездить с отцом по делам и самостоятельно разбирать мелкие, несложные тяжбы. Когда регентша Катарина отправляет его в Надор после катастрофы, она явно исходит из того, что Окделл должен знать, что от него требуется. У любого нормального аристократа этого возраста должен быть какой-то алгоритм действий для такой ситуации (нет, само оно не отрастает и из воздуха не берется, этому учат). А Окделл ведет себя как человек, которого впервые в жизни посадили за штурвал самолета и велели лететь, ничего толком не показав. Да и любой из нас вел бы себя так на его месте: он же в принципе не знает, что надо делать и как за это взяться. Да что там: он даже дружить с ровесниками не умеет. Ни дружить, ни драться. Что, опять же, очень маловероятно для наследника герцога, выросшего в толпе детей дворни, которые в богатом домохозяйстве должны кишеть под ногами (для сравнения см. детство Мерлина в «Хрустальном гроте» - вот так примерно должна выглядеть компания мелких пацанов в замке феодала) и во времена до мятежа общавшегося с сыновьями отцовских друзей, зато вполне объяснимо для мальчика из интеллигентной семьи, которого в садик не водили, а до школы выгуливали за ручку, да и потом особо на улицу не выпускали, чтобы не связался с дурной компанией.

Именно поэтому Окделл такой странный. Он не плохой. Он просто плохо - невероятно плохо - воспитан. Он явно неглуп - а ведет себя как дурак, «проваливает все квесты». Он смел и отважен, готов жертвовать собой - а ведет себя как трус. Он недурно обучаем (если все, что он знает, включая гидрологические характеристики системы озер в глухом уголке Кагеты, он выучил за вот те шесть месяцев в Лаик... да он чертов гений!) - но ничему не учится. Он честен и благороден (для коварства он как раз недостаточно хитер) - и в итоге совершает предательство за предательством. Это Окделл виноват в том, что не способен распорядиться собственными возможностями? Не думаю. Насчет той же трусости и нерешительности: вот допустим, вы прыгаете в воду с обрыва. Если это место вам знакомо, тут весь вопрос в храбрости. А если вы не знаете, что там под водой: омут в три метра глубиной или груда металлолома у самой поверхности? Тут уж не о храбрости речь. Обычное благоразумие подсказывает, что лучше бы тут с обрыва не прыгать, а тот, кто прыгнет - не храбрец, а балбес. Вот для Окделла практически любая жизненная ситуация - незнакомый омут. Он либо не знает, что делать, и не способен просчитать наперед последствия своего поступка, либо его представления совершенно ошибочны и основаны на той невнятной каше, которая у него в голове и имеет очень мало общего с реальностью; и которую окружающие нарочно стараются замешать еще гуще. Он мог и должен был сам разобраться, что к чему? Валентин Придд на его месте, безусловно, разобрался бы. Со временем. Но Валентин Придд, во-первых, как раз воспитан очень хорошо - в определенном смысле, и не дай нам Бог такого воспитания, но тем не менее. Его УЧИЛИ вести себя в подобных обстоятельствах, и он умеет работать с информацией. И во-вторых, Валентин явно личность неординарная. Требовать от всех подряд, чтобы они были такими же умными, как Придд - ну извините, это перебор. Арно Савиньяк разобрался бы... а вот не факт. Арно, на самом деле, ни капли не умнее Окделла. Просто он как раз рос в нормальной семье - можно сколько угодно рассуждать о том, хорошая ли мать Арлетта, но воспитывали его нормально. И информацию, необходимую представителю высшей знати для выживания в современном социуме, предоставляли в нужном объеме и с горочкой. И случись что с Арно не так - за него встанут горой и Лионель, и Эмиль, и Арлетта с ее связями, и друг семьи Рокэ Алва. Случись что не так с Окделлом... да ни одна собака не почешется. Как не почесалась перед днем святого Фабиана. Один эр у него был - да и тот, как выясняется задним числом, предложил пойти в оруженосцы с расчетом на то, что Окделл откажется... и так далее, мне уже влом вспоминать, что там еще говорилось на лестнице.

Потому, собственно, Окделл и мерзкий такой. Трусливый, неумный, никому не помогает... А он может быть уверен, что помощь сына мятежника - это бонус? А если он поможет упавшему Роберу подняться на ноги, это не будет расценено как что-нибудь такое, от чего тому же Роберу только хуже будет? Что за бред, скажете вы? Значит, вам повезло никогда не бывать в подобной ситуации. Окделл ведет себя вполне логично для человека его положения. А так-то, конечно, да, затравленный изгой всегда жалок и мерзок, и мыслишки у него подлые. Вспомните, откуда взялось слово «подлый» - «подлый» это человек в зависимом положении, не свободный в своих решениях.

Кстати, Окделл в этой книге не единственный инфантильный персонаж. Тот же Робер тоже вполне инфантилен и зависим в своих поступках (он регулярно участвует в разных гадостях просто потому, что... ну, потому что Альдо сказал прыгать с крыши, куда денешься). Но Роберу, заметьте, это простительно, Робер все равно хороший. Даже когда он собирается участвовать в казни заложников, которая не состоялась исключительно чудом. Тот же Рокэ романтичен, придурочен и инфантилен не менее Окделла, вспомнить хотя бы историю с Эмильенной - и помножить на то, что Рокэ на тот момент отнюдь не семнадцать, а, на минуточку, двадцать пять. Но с Рокэ и Робером как раз все понятно: оба младшие сыновья, обоих не готовили к тому, чтобы быть самостоятельными политическими деятелями... Рокэ, правда, до смерти отца десять лет пробыл единственным наследником, были у него и наставники, и отцовская библиотека, но это все не то, а то ли дело Окделл! Окделл должен был за целых шесть месяцев в Лаик осознать и выучить все, чему его сверстников учили лет с шести... В общем и целом, Окделл плохой, потому что плохой, Алва и Эпинэ хорошие, потому что хорошие, вот и все. Все прочее - более или менее неуклюжие обоснования.

Comments

[khe12.livejournal.com]

Да этих точек расхождения... вы сейчас описали два возможных взгляда на Окделла, причем один из них предполагает с этим Окделлом ассоциацию. Ловите третий: Окделла жалко. Поначалу он вызывает симпатию и жалость, потом симпатия проходит, но жалость остается до конца. Да, даже после убийства Катарины. И во многом эта жалость связана с тем, что Окделл — телок на поводе, куда его повели, туда и побрел. Ну глуповат, да. Мерзавцем я бы его не назвала, даже в самом конце. Дурачком — да. При этом да, он полностью заслужил свой финал. Потому что голова дана, чтобы думать, а не чтобы в нее есть.
При этом воспитательные потуги Алвы никакого сочувствия не вызывают. С другой стороны, он в педагоги и не напрашивался. Может, тому же Валентину его подход и подошел бы, но Валентин не настолько ведомый, как Ричард.

[buddha239.livejournal.com]

Да, пожалуй.

При этом, если я захочу почитать и пожалеть главного героя-недотепу-неудачника, я лучше почитаю что-нибудь Серьезное; например, в русской классике есть из кого выбирать.:) А в книгах "развлекательного жанра" я предпочитаю других персонажей.

[elamind.livejournal.com]

Есть, например, "Обломов".

[themalcolm.livejournal.com]

Ну вот ситуация, которую мало кто помнит, потому что она непосредственно перед отравлением. "Напиши Герарду Арамоне, что я приглашаю его на приём" — "Ага, я так напишу, чтобы он понял, что его здесь не ждут". В этот незнакомый омут кинулся с энтузиазмом. (Опять не вышло, но важны интенция и раж).

Казалось бы, чего проще сделать как просили? Для этого воспитание нужно, что ли? Нет, надо проявить инициативу там, где не надо.

Или написать Катари просьбу взять к себе Айрис. Опять, казалось бы, чего проще, тупо изложить проблему. Но ему непременно надо было присобачить туда же изъявления любви, не получалось, вот и бросил. Задача была элементарная, но сам усложнил до непосильного. Потому что думал меньше о сестре, больше о себе (ну, справедливости ради, тут ему хоть хватило совести попросить рекомендацию у Савиньяков)

[kot-kam.livejournal.com]

"Ну вот ситуация, которую мало кто помнит"

Вот как раз я эту ситуацию помню очень хорошо, потому что это был первый раз, когда я испытал неподдельный кринж за Окделла. Это уж была настоящая гадость... впрочем, так и не воплощенная, но это неважно, "Господь и намеренья целует". Но вот реально: это что, поступок законченного, неисправимого мерзавца? И никто из порядочных людей никогда-никогда так не поступал? (Мне вот что-то мерещится, что книжное убийство гнусного Эстебана — это воплощение заветной мечты детства поквитаться со школьными обидчиками. Уж так, чтобы наверняка!)

[themalcolm.livejournal.com]

Исправимый мерзавец раскаялся бы. И потом совестью мучился. Ну, как Робер. А этот на следующий день всё забыл. Как и потом забыл про ненароком, между делом убитую фрейлину.

[glaucidia.livejournal.com]

Пожалуй, это огорчало в Дике больше всего — отсутствие рефлексии и осознания, что он в чем-то неправ. Или даже совсем неправ. А местами просто вкрай. Но он такой хороший, что виноват кто угодно, кроме него. С такой избирательной слепотой очень трудно поумнеть и научиться ответственности. Обратная связь с реальностью работает с перебоями. Может быть, то, как Алва его "бесплатно" спасал в начале цикла, не столько создало ему безопасную песочницу для взросления, сколько ослабляло целительные пинки от жизни. Хотя, мертвому ему тоже было бы трудно поумнеть.

[ma-volk.livejournal.com]

Вот эта ситуацию как раз забыть невозможно, потому что надо было не написать Герарду, а сходить и сказать! И если бы Дик пошёл, то фальшивый гонец не застал бы его дома, и во дворец бы Дик не побежал, и Алву бы с Катари не увидел, и вся эта сложная многоходовка, которую отыгрывал с одной стороны Штанцлер, а с другой — Алва с Катари, так, чтобы Штанцлер зарвался и ушёл в бега, вообще бы не сработала...

Но Дик не пошёл, вместо этого начал писать, — ну и вышло всё так, как вышло.

[aywen.livejournal.com]

Вот почему "я Дик" для людей аутического спектра. Просто сходить и сказать! Просто позвонить, дело на пять минут! Просто улыбнуться, и люди к вам потянутся!
Да нет ничего страшнее, чем говорить с живым чужим человеком.

[ma-volk.livejournal.com]

Дик же ранее вполне говорил, пока не узнал, что перед ним сын Арамоны.

Собственно, Герард и представлен Алве был именно Диком, и тут-то всё и выяснилось.

При этом "надо" — в данной истории не социальное предписание, а поручение от старшего. И интересно мне в этой истории не столько действие и бездействие Дика, сколько (если принять фан-гипотезу, что вся история с отравлением — это результат плана шпиона Штанцлера и контрплана Алвы и Катари по устранению Штанцлера без убийства), сколько финальный шанс не вляпаться по самые уши, который Алва даёт своему оруженосцу.
Дику ведь в этой истории даже и думать не надо было, надо было только подчиниться приказу.
Но, увы, вышло так, как вышло.

[aywen.livejournal.com]

А вот не думать, а просто подчиниться приказу — нам, Дикам Окделлам — тоже практически невозможно.
И иногда это даже полезно.

[Эпрейл Восемнадцатая (from livejournal.com)]

А потом сцену с письмом для Герарда дополняет разговор с Марианной. Которая ему прямо говорит, что любящий человек не играет в карты на любимого, но Дик из этого разговора выносит только вывод, что Марианна — вещь и сама кругом виновата, не то что святой ангел Катари. Что лишний раз дает понять, что люди для него делятся на сорта, а к женщинам отношение сугубо потребительское. И финал Катарины стал вполне предсказуем — как только она перестала быть мадонной, сразу стала блудницей, а с ними нельзя церемониться.

Для человека той эпохи это в целом нормально, но для современного читателя это заметные звоночки, что персонаж далек от положительности. Автор сознательно за короткий срок перед отравлением показывает персонажа в нелициприятном виде, причем именно на уровне его бессознательных ценностных установок.

[sanchos-f.livejournal.com]

Читал давно, так что подробностей не помню.
Помню, что поначалу Окделлу сочувствовал и сопереживал, потом — оправдывал его примерно так же, как вы, но с какого-то момента понял, что нет, он всё-таки непроходимый необучаемый дурак. При этом, поскольку совсем уж необучаемым дураком его не назовёшь — явно, есть сферы, в которых он ничему учиться и ничего понимать не хочет. Ну а через некоторое время стало понятно, что он всё-таки не просто дурак, а подлец и мерзавец. И да, конечно, можно продолжать ему сочувствовать, потому что не он такой, а жизнь у него такая была. Но автор очень уж старательно дал понять, что нет, жизнь у него, конечно, сложилась неудачно, но он всё-таки и сам — вот такой вот. И ничего с этим уже не сделаешь. То есть, может быть, сложись его жизнь иначе — он вырос бы не таким. Но теперь он уже вот такой, и никакие внешние факторы тут уже ничего сделать не смогут, так что, теперь уже остаётся только пристрелить, чтобы не портил жизнь другим, да и себе самому.

[go-gornostay.livejournal.com]

«Хорошо воспитанный» по меркам советской бабушки: разговаривает вежливо, не перечит старшим, не капризничая лопает все, что поставили на стол, и слушается маму. Во всем остальном он непроходимо наивен и абсолютно беспомощен.

И такие как Окделл они получаются как раз из очень интересного врожденного типажа. Из такого, из которого можно вылепить что хочешь, потому что они изначально очень поддатливы и пластичны. И при хорошем воспитании мог бы выйти человек редких качеств. И потому они вызывают такое странное смешанное чувство, в котором сожаление о совершенно бездарно загубленном смешивается с раздражением от того, что как ни крути, но иметь дело приходится не с тем, что могло выйти потенциально, а с тем, что есть. А это хороший такой десятилетка в теле здорового лба. Проблем с ним не оберешься.

[themalcolm.livejournal.com]

На самом деле, Окделла надо сравнивать не с Валентином и Арно (там действительно стартовые условия совершенно другие), а с тем же Герардом. Вот там стартовые условия такие же. Книжек оба успели начитаться, а социализация одинаково слабая. И отрицательная репутация отца висит на обоих. Ну и? Герард преданно служит одному эру, потом другому, и учится, учится, учится. Всему тому, чему его не научили дома. На выходе мы имеем приличного кавалерийского офицера, достойного кэналлийского дворянина и немножко героя. Который не годится в коменданты и супремы, но туда и не пойдёт, хоть ты ему мёдом намажь. Нормального не особенно выдающегося члена общества, а не вот это вот всё.

[julia-monday.livejournal.com]

Хм, у Герарда есть "помощь свыше", Луиза-то недаром бросала драгоценности. Плюс папаша у него - Свин, но мамаша-то нормальная, да еще и умная. То есть, как минимум, хотя бы с одним родителем повезло.

Но таки да, тут идет явное сравнение и точно оно не в пользу Окделла.

[beldmit.livejournal.com]

Более того, папаша у него "свой", хотя и неудачный, а у Окделла семья врагов народа

[julia-monday.livejournal.com]

А у Робера семья друзей народа? То же самое, но он почему-то нормальный.

[beldmit.livejournal.com]

У Робера долбанутый дед, а не долбанутая мать :)

[ma-volk.livejournal.com]

У Окделла много положительных свойств, и я бы даже дураком его отнюдь не назвала, но у него есть черта, которую, на мой взгляд, на наши деньги и не переведёшь: в силу авторского произвола он чувствует себя более-менее хорошо только тогда, когда уверен (и, поскольку реальность — штука сильная, полной уверенности он почти никогда не достигает), что он либо первый, либо второй по значимости человек из примерно десяти миллионов, причём не потому, что он что-то делает, или сделает в будущем, а по природе по своей.

Вслух он этой глупости не говорит, поэтому Алва, Савиньяки, Робер, Матильда и множество других персонажей (Арно с Катершванцами, да и много кто ещё, Хуан до отравления, например) обращаются с ним просто как с младшим: чуточку помогают, чуточку троллят, немного учат, утешают и так далее. Но для него всё это полностью обнуляется тем фактом, что он — номер один в мире (ну, или номер два, после Альдо).

Тройка хитрецов, которые им манипулируют, как раз на этом и играет: ты — лучший, потому что сын Эгмонта, вешают ему лапшу на уши Катари и Штанцлер, ты — лучший, потому что ты Повелитель Скал, вещает Альдо (если я не ошибаюсь, в КнК повелители для жителей Талига — это вроде как князь Вяземский в XVIII — XIX вв.: называется, но никакой Вязьмой не правит). Кроме этих троих единственный человек, про которого Дик практически никогда не думает нечто уничижительное — это Оскар Феншо-Тримейн, который общается с ним (восемь лет разницы + разрыв между корнетом и генералом). Однако мысль о том, что Оскар мог видеться с королевой и королева могла его знать, отвергается Диком сходу, без малейших сомнений. Ну как же, ведь Дик уникален, не может же Катари видеться с кем-то ещё!

Здравая мысль, что человек ценен не "по природе по своей", а по делам, как бы предлагается Алвой на рассмотрение (орден-то Окделл получил), но это всё как об стенку горохом.

При этом интересно, что с точки зрения Алвы привязанности Дика хватит до тех пор, пока ему не напомнят, что Алва — убийца его отца, но в сцене лабиринта Дику напоминают не про убийство, а именно про повелительство.

Неуверенность в том, что он и в самом деле лучше всех, оборачивается тем, что Дик постоянно думает о чужих несовершенствах, по-преимуществу врождённых: потомок предателя, грубые мужланы, скользкие гады-Придды и глупые ограниченные женщины в его внутреннем монологе — это компенсация подозрения в том, что в действительности он просто человек.

Юности и впрямь свойственны тщеславие и неопытность, сложные отношения со старшими по работе, которые вроде бы порой и учат, но не нежат, — тут всё узнаваемо. Поэтому я сперва тоже читала текст из позиции "Дик — это я" (у меня ещё и начальник в молодости был немного Алва на минималках, только не в войне, а в археологии), но что-то всё время не сходилось до конца...

Мне очень понравился в Вашем фанфике про попаданцев судьбоносный вопрос Дика: "Зачем?". Вот именно что "зачем?", если он тут не номер один в мире. И забавно, что, когда он в конце спасает Алву, у него вроде как появляется ответ: ну вот затем, чтобы вытащить своего эра.

[glaucidia.livejournal.com]

Как раз причины изолирующего от жизни воспитания Ричарада из книги мне так и не стали ясны. Да, отец-молодец, пребывающий в фантазиях и некотором двоемыслии, да, властная мать-ханжа, но мне казалось, что этого недостаточно. Окделл-старший как-то справлялся со своим герцогством, почему младший совершенно не в курсе? Причем в той же семье в том же замке есть примеры получше — Наль Ларак ездит с инспекциями по землям, если я правильно понимаю, собирает налоги. А Дик с ним не ездит, и даже, похоже, не обсуждает итоги. Когда Дикон потом удивляется тому, что дома едят так скупо и думает, что уж на цыплят у матери деньги точно есть, мне хочется спросить, откуда же ему знать. Может быть, мальчика отгораживали от бухгалтерии, поскольку деньги, как выяснилось, копились на дело Людей Чести (возможно, даже эр Август что-то из этой кубышки получал, но это уже мои домыслы). Но все остальные стороны жизни крупного феодала наследник, похоже, тоже не осмыслял. Загадка.

Роберовы гадости "потому что Альдо сказал прыгать с крыши" — это моя тоска-печаль. Почему-то этот персонаж мне нравился больше других репортеров, и когда он пошел по дурости (а скорее подлости) Альдо убивать гоганских посланников, мне от этого было физически больно. Ну какого черта! Но логика мира такова, что за это Роберу не только ничего не было, но в процессе он обрел своего самого верного соратника, который перековался из подсыльного убийцы, пришедшего по душу самого Эпине. Ладно, учтем, что этот персонаж хороший. Его за вероломное убийство порицать нельзя.

[zverjaka.livejournal.com]

«Хорошо воспитанный» по меркам советской бабушки: разговаривает вежливо, не перечит старшим, не капризничая лопает все, что поставили на стол, и слушается маму.

По меркам советской бабушки, Окделл вообще не воспитан, потому что занят только собой. А советская бабушка крепко научена жизнью, что главное — что люди скажут. Потому что в одиночку в мире советской бабушки не выжить... Мне за 50, но у меня до сих пор автоматом срабатывает в башке воспитание советской бабушки "Я — последняя буква в алфавите".

[elizabeth-perm.livejournal.com]

По моим наблюдениям, вся семья мальчика облегченно выдыхает, когда такой Окделл женится, а женятся такие мальчики обычно хорошо.

[nikolamsu.livejournal.com]

двенадцатилетний наследник герцога уже пару лет как должен бы ездить с отцом по делам и самостоятельно разбирать мелкие, несложные тяжбы. Когда регентша Катарина отправляет его в Надор после катастрофы, она явно исходит из того, что Окделл должен знать, что от него требуется. У любого нормального аристократа этого возраста должен быть какой-то алгоритм действий для такой ситуации

Это, кстати, одно из оснований живучести всяких феодализмов, местнических систем и прочего: для того, чтобы управлять провинцией или хоть сколь-нибудь заметным войском нужна масса специфических навыков и знаний. И получают эти навыки и знаниями вплоть до определенного исторического момента почти исключительно в настоящих аристократических семьях, с передачей целых комплексов ноу-хау от отца к сыновьям.

[once-for-all.livejournal.com]

Окделл в Лаике, не дать не взять ребенок их интеллигентный семьи очутился в пионерлагере.

[rositsa.livejournal.com]

"На холиварке периодически всплывает вопрос: как вы "упали в фэндом "Этерны"? Кто-то с самого начала увлекся линией Робера и Альдо, а линию Рокэ и Окделла нетерпеливо пролистывал. Кто-то первые несколько томов прочел через силу или от нефиг делать, а по-настоящему увлекся, когда авантюрный роман обернулся "великой книгой о великой войне". (Кто-то вообще сперва фанфики читал, а потом уже решил все-таки почитать и исходник...) По-разному бывает, короче. Вот меня сразу зацепило именно линией Рокэ и Окделла".

Некрокоммент: меня уронил Вадьдмеер с примкнувшим к ним Руппи. Ну люблю я про "Враг мой", это у меня с младшей школы.