![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
kot_kamПродолжаю выкладывать посты, написанные по итогам Вескона. Многабукаф.
Это то, про что мы начали спорить на семинаре, а доспоривал я, как всегда, уже на лестнице. На всякий случай напоминаю: я в теме не специалист, литературоведение - это не мое, про POV я ничего не читал, кроме того, что пишут на холиварке, и еще очень старой монографии Б. Успенского "Поэтика композиции" (рекомендую, она довольно интересная и есть в открытом доступе).
В ходе семинара (назовем это так) по «медленному чтению» LOTR ведущий в качестве опоры (можно сказать, «для разогрева аудитории») использовал понятие точки зрения. Кто конкретно вот это пишет и для кого это предназначено. Уместен ли этот вопрос в применении к «Властелину Колец»? Да, уместен. Потому что профессор, разрабатывая свой легендариум, практически всегда продумывает вопрос, «откуда нам это все известно». Через кого получены сведения? Кто автор текста? Это не очень очевидно для тех, кто не зарывался глубже «Сильмариллиона», но кто читал «Историю Средиземья», тот знает, что тексты того, что позднее сделалось «Сильмариллионом», приписывались то Эльфвине, человеку, который доплыл до Тол-Эрессеа, наслушался рассказов эльфов и все это записал; то некоему Пенголоду Гондолинскому; то Румилю... То есть идея о том, что у всякого текста есть автор, который знал ровно то, что знал, Толкину близка и важна (как, собственно, и любому филологу: вопрос о том, что мог знать автор данного текста - один из ключевых для исследователя). Что касается «Властелина Колец», история текста преподробнейшим образом расписана не далее как в прологе к роману (который мы читать не стали, А ЗРЯ-Я... впрочем, тогда бы мы на этом отрывке и зависли насмерть). Я хотел было его процитировать, но он слишком длинен, а между тем текст LotR вполне доступен в сети: см. раздел «Note on the Shire Records». «This account of the end of the Third Age is drawn mainly from the Red Book of Westmarch... It was in origin Bilbo's private diary, which he took with him to Rivendell. Frodo brought it back to the Shire, together with many loose leaves of notes, and during S.R. 1420-1 he nearly filled its pages with his account of the War» и далее.
Соответственно, вот исходя примерно из этого мы первую главу и читали. Буквально в каждом абзаце возникал вопрос, а кто это пишет и зачем. Вот, к примеру, для кого эта вставка: «At that time Frodo was still in his tweens, as the hobbits called the irresponsible twenties between childhood and coming of age at thirty-three»? Очевидно, не Бильбо и не Фродо это писали - уж наверное, они-то не считали нужным пояснять, что такое tweens? Очевидно, это позднейшая вставка, ее добавил кто-то из комментаторов - возможно, тан Перегрин Тук, с расчетом на гондорского читателя. И в итоге перед нами буквально как наяву предстала эта «Алая книга», традиционный манускрипт с широченными полями,разрисованными дурацкими картинками и исписанными пометками, поправками, примечаниями, пояснениями и дополнениями, которые позднее были включены в основной текст книги.
Это все, безусловно, очень интересно и увлекательно в качестве литературной игры (заданной в таком виде, повторю еще раз, самим профессором). Но. Имеет ли смысл анализировать текст ВК (ну как минимум первых глав) с точки зрения современного представления о точке зрения? Вот этого самого пресловутого POV, привязанного к определенному рассказчику? Можем ли мы сказать, что гипотетический автор текста, будь то Бильбо или Фродо, и есть «рассказчик», и в тексте можно проследить его POV? Вот я все-таки продолжаю думать, что нет.
Потому что современное представление о POV - это достаточно четко определенная концепция, и даже если вы, возможно, не способны ее сформулировать, это не значит, что у вас его нет и оно вам безразлично. POV - это когда все происходящее описывается с точки зрения определенного конкретного персонажа, и мы видим только то, что видит он, знаем только то, что знает он, и не можем знать ничего, что ему не известно. Когда он уходит из комнаты и дверь за ним захлопывается - все, дальнейшее покрыто мраком. С моей точки зрения, как переводчика, наличие POV означает, помимо всего прочего, что ты ограничен в выборе лексики и понятий словарным запасом и представлениями персонажа. Скажем, в первом «Гарри Поттере» я не мог просто взять и написать, что кентавр соловый. Потому что средний английский мальчик одиннадцати лет слово palomino, скорее всего, знает или хотя бы слышал - точно так же, как средний русский мальчик вполне может знать слова «гнедой» и «вороной», - а вот слова «соловый» русский ребенок, скорее всего, не знает; скорее всего, его и вы не знаете, если только не интересуетесь специально лошадьми. И более того, в силу каких-то странных исторических причин эта масть, сама по себе очень красивая, у нас ассоциируется не с шикарным скакуном, достойным короля, а с заморенной крестьянской лошаденкой. То есть в английском palomino Firenze великолепен, а в русском «соловый Флоренц» будет выглядеть какой-то деревенской клячей. Точно так же в свое время я буквально выходил из себя, когда у меня в книге варвар-степняк едет через скалы и видит в этих скалах окаменелые морские раковины. Понимаете, да, нет? Он варвар. Он дикарь. Он нигде, кроме своей степи, не бывал никогда, он и скалы-то впервые в жизни видит. Он не может видеть эти морские раковины, потому что у него нет представления, что это такое, и что такое вообще бывает. Это автор, университетский преподаватель с кругозором современного интеллектуала, смотрит из глаз степняка и рассказывает нам про эти раковины (низачем, это просто описание природы). А так нельзя, не положено, фу так делать!
Заметьте, POV - это не то же самое, что повествование от первого лица (когда этот персонаж говорит о себе «я» и рассказывает о событиях своими словами, а «автора» в тексте попросту нет). Современные книги от первого лица пишутся не так часто, хотя очень часто включают в себя пространные повествования от первого лица - а иногда это-то повествование и составляет основное содержание книги: например, у Ротфусса основное содержание его пока что дилогии составляет рассказ Квоута о своей жизни, классическое повествование от первого лица, перемежаемое краткими вставками от «всеведущего автора». Всеведущий автор - это еще один из вариантов повествования в классической художественной литературе, который теперь используется все реже. Он знает все происходящее и может в любой момент понаблюдать за любым персонажем по своему выбору (иной раз автор так и говорит: «Но вернемся к нашему узнику...» - и принимается описывать происходящее в одиночной камере, чего никто видеть не мог, потому что сам узник, например, спит).
А в чем, собственно, разница и почему она принципиальна? Так ли уж важно, с чьей точки зрения ведется повествование? Вот оказывается, что важно - и более того, я бы сказал, что эта разница отражает разницу мировосприятия, о которой я скажу ниже. Но для начала я скажу, что для современного читателя - и современного писателя тоже, а особенно если речь идет не о мейнстримном писателе, а об авторе, выдрессированном каким-нибудь АоЗ или фикбуком, где обратная связь стремительна, неотвратима, и если что не так, напихают тебе полную панамку, - важно то, что POV жестко привязан к определенному персонажу. Современный POV по умолчанию прибит, приклеен, гвоздями приколочен. Если это не так, это как минимум неспроста. Автор что-то хотел этим сказать. О таких вещах, вообще-то, предупреждать надо. Зачем он так? Почему у него POV скачущий? Фу так делать. Короче говоря, приклеенный POV - это сейчас канон. Часть свода правил современной литературы - таких же, как, например, правило избегать анахронизмов или представлять себе географическое пространство, в котором происходит действие (грубо говоря, карта должна быть - даже если в книге ее нету, ты должен ее представлять, когда пишешь, чтобы у тебя персонажи не перемещались за сутки между двумя точками, где заявленное расстояние полконтинента). Если автор этого не соблюдает, возможно, он делает это нарочно и хочет нам сказать чего-то особенного - но, по всей вероятности, автор просто ленив и небрежен и не умеет писать нормально. То есть «скачущий POV» - это, в большинстве случаев, такая же авторская небрежность, как пушка, стреляющая очередями (и в очень редких случаях - остроумная шутка, буффонада, как в мультике «Остров сокровищ»).
У классического всеведущего автора, конечно же, тоже есть POV. Он даже может быть приклеен и привязан к определенному персонажу. Но, как правило, в большинстве случаев POV этот свободно плавающий. Если вам нужна визуальная картинка, представьте себе, что автор возит мышкой по экрану. Вот Бэг-Энд, вот Бильбо, вот Гэндальф приехал, вот юные хоббитята. Тыц мышкой! - и мы смотрим на происходящее с точки зрения хоббитят. «Then he disappeared inside with Bilbo, and the door was shut. The young hobbits stared at the door in vain for a while, and then made off, feeling that the day of the party would never come.» Гэндальф с Бильбо ушли в дом, хоббитята остались снаружи, постояли и разошлись. Дальнейшего они не увидят. А мы тыц мышкой - и переключаемся на происходящее внутри: «Inside Bag End, Bilbo and Gandalf were sitting at the open window of a small room looking out west on to the garden.» С чьей точки зрения мы за этим наблюдаем? Бильбо? Гэндальфа? Сэм в окно подглядывает? Да какая разница? Именно в том-то и соль, что автору пофиг. Ему по умолчанию все равно, кто это видит и видит ли хоть кто-нибудь - вон, лис мимо пробегал, он увидел! Шутка, не было никакого лиса. Если у автора спросить, с чьей точки зрения мы видим происходящие события - он, возможно, ответит. Или нет. JRRT видит, этого достаточно. Во многих случаях этот вопрос не имеет смысла, как для современного драматурга не имеет смысла вопрос, почему у него между двумя действиями пьесы прошло две недели. Или пятнадцать лет. Прошло и прошло, так надо было, а чо? Вот гениальному Бомарше, допустим, в голову бы не пришло растянуть действие «Женитьбы Фигаро» на неделю. Или впихнуть всю трилогию в одну пьесу, чтобы за один вечер сперва Альмавива женился на Розине, потом попытался отбить невесту у Фигаро, а потом прошло двадцать лет, и преступная мать сознается, что... Ну нет, фу так делать. Канон классицизма не велит. Канон - это когда автор и читатель существуют в одном литературном пространстве, по одним правилам, и все в целом согласны в том, что положено, а что запрещено. Это позволяет нам правильно понимать друг друга, а если и нарушать эти правила, то нарушать их сознательно. Еще и поэтому так трудно читать старинную литературу - сперва надобно освоить канон.
И да, современному читателю тоже временами уже тяжело читать литературу всего-навсего столетней давности. Отчасти и потому, что каноны разошлись. (Человеку моего поколения, между прочим, тоже какие-нибудь комиксы читать не так-то легко: я просто не знаю правил, по которым вся эта манга строится. Вот я тут с крестницей общался, она мне что-то там под нос тычет, говорит: посмотри, ужас какой! - а я не понимаю, в чем проблема. Не знаю правил игры. Как старик Хоттабыч на футболе). И всеведущий автор его тоже бесит временами. Хотя идею читатель понимает - в конце концов, его всей этой классикой в школе потчевали-перепотчевали. Почему?
А кто у нас, собственно, этот всеведущий автор? Если вспомнить, что ВК - продолжение «Хоббита», то в «Хоббите» автор - это папа, рассказывающий детям сказку. Вот он рассказывал-рассказывал, потом ему надоело, что дотошный младшенький поправляет и переспрашивает, какого же все-таки цвета дверь-то у Бильбо, синяя или зеленая, и он эту сказку записал, чтобы больше уж не путаться. А потом и издал. А теперь вот пишет продолжение - и продолжение он пишет в том же стиле. Кто все это видит? Никто. Это папа рассказывает сказку. Он нам, наивным ребятам, показывает ровно то, что считает нужным, скрывает от нас то, что считает нужным скрыть, иначе выйдет неинтересно, объясняет непонятное, заманивает загадками, нагнетает саспенс, шутит, развлекает и увлекает. Короче, делает все от него зависящее, чтобы нам, детишкам, стало интересно и захотелось узнать, что там дальше-то было с Кольцом-то с этим. Какими способами он этого добивается - всеми, какими умеет. В том числе переключением точек зрения. Следить за тем, чтобы нидайбох не сообщить читателю чего-то такого, что не могли знать Фродо или Сэм - не его проблемы вообще. У него, вон, даже дракон взревел и пронесся курьерским поездом, хотя в этом мире никаких поездов нет и не будет еще несколько тысяч лет (ну, положим, больше он так не делал... однако ж и от курьерского поезда избавляться не счел нужным). И мне кажется, вот именно это-то современному читателю поперек горла. Он не желает быть наивным ребенком, которому умный взрослый дядя рассказывает сказку, пытаясь заставить поверить, будто бы это все взаправду. Нет, он желает быть искушенным взрослым, который стоит наравне с автором. По правде говоря, современный искушенный читатель порой смахивает на деревенского хоббита, который все боится, как бы ему на ярмарке не впарили запаленного старого пони за здорового трехлетку, но то уж такое. (Это я вспомнил сцену разговора Сэма с Бродяжником в трактире, на которую наткнулся тут случайно: «Sam was not daunted, and he still eyed Strider dubiously. 'How do we know you are the Strider that Gandalf speaks about?' he demanded. 'You never mentioned Gandalf, till this letter came out. You might be a play-acting spy, for all I can see, trying to get us to go with you. You might have done in the real Strider and took his clothes. What have you to say to that?'»)
Одна из неприятных особенностей всеведущего автора - что он, разумеется, знает, как все было на самом деле. Если он чего-то не рассказывает или недоговаривает - это специально, чтобы было интереснее. Но так-то автор знает все, что имеет отношение к описываемым событиям. И если в книге что-то написано - по умолчанию это правда, так и было. Нет, внутри книги персонажи могут ошибаться и заблуждаться. Или лгать преднамеренно. Но всеведущий автор не лжет. А если какие-то сведения вдруг неверны (ну так получилось, см. историю со старым и новым вариантами «Хоббита», например, в четвертом разделе пролога «Of the Finding of the Ring») - ему придется выдумать целую отдельную эпопею о том, как же так получилось. Ну не мог же Бильбо просто соврать! Ну нет, в данном случае он соврал, да. Кольцо попутало. А так-то вообще нет.
Эта концепция очень важна, принципиально важна именно для текстов Толкина. Все, что там написано - правда. Именно так все и было. Никаких расхождений и разночтений быть не должно. Именно из этого исходил автор, когда писал ВК и согласовывал текст серьезного взрослого романа с текстом детской сказки «Хоббит». Именно из этого исходил Кристофер Толкин, когда отбирал для публикации и редактировал тексты «Сильмариллиона». Из этого же он исходил, издавая «Неоконченные предания». И только уже потом, когда зашла речь о публикации «Истории Средиземья», сделалось ясно, что сохранить иллюзию истинности и непротиворечивости не удастся. Но изначально она была и была важна.
Поэтому когда идет речь о «разных авторах» в применении к легендариуму, речь идет о том, что их тексты дополняют друг друга - но никогда друг другу не противоречат. Идея субъективного взгляда, личного восприятия, ошибочного представления, «ненадежного рассказчика» настолько не толкиновская, что даже в фанфиках она не возникала очень и очень долго. Любые тексты, писавшиеся от лица и с точки зрения кого-либо из отрицательных персонажей, будь то Горлум, Саруман, назгул или Мелькор, непременно претендовали на то, что именно здесь рассказывается истинная правда. Не «у Сарумана своя точка зрения», а «профессор был неправ». Потому что истина может быть только одна, если Саруман по-своему прав, значит, неправ профессор, иначе быть не может. Концепция разных персонажей, разных рассказчиков, у каждого из которых своя правда, а «истинной правды» попросту не существует либо мы ее никогда не узнаем, не появлялась еще очень и очень долго. Ну, насколько я помню, перечитывать все фанфики, написанные за последние тридцать лет, я сейчас не полезу, если вспомните примеры обратного - приносите. Нет, ЧКА не пример, там как раз именно что профессор был неправ, «легендам привычно лгать», а на самом деле мы вам сейчас расскажем как все было...
Как бы то ни было, постмодернистская концепция разных POV - это в первую очередь как раз концепция субъективного взгляда, неполного знания, ненадежного рассказчика. Всей правды мы не знаем и не узнаем никогда, но мы можем взять разные точки зрения, сопоставить их и уже из них вывести некое общее представление о том, что было на самом деле - которое стремится к истине, но никогда не совпадает с нею полностью. Это принципиальный момент - что всей правды мы не знаем и не узнаем никогда. Это такая очень сложная литературная игра с другими правилами - не теми, по которым играют Толкин и Крис. Не все даже и постмодернистские авторы как следует ее выдерживают - иной раз за спиной очередного ненадежного рассказчика так и маячат уши всеведущего автора, который машет нам рукой и тыкает пальцем: мол, не верьте ему! Вот, вот как все было-то! Но это, в общем, тоже нехорошо и фу так делать: если уж взялся играть в то, что «всей правды мы никогда не узнаем», так играй по-честному. Но повторю еще раз: Толкин в это не играет. Толкин играет в другое. Толкин играет в то, чтобы мы забыли о том, что эту книжку пишет субъективный и ненадежный автор, и поверили каждому слову. И если уж он пишет про Арагорна на Керин-Амроте, то чтобы мы поверили в то, что видели это своими глазами, и если он came there never again as living man - значит, заранее точно известно, что не был. Если ты, читатель, не готов в такое играть, ты просто не поймешь, что они все находят в этой толстой книге, написанной, честно говоря, не самым простым и современным языком. Голова не закружится от реальности и истинности всего происходящего.
Это то, про что мы начали спорить на семинаре, а доспоривал я, как всегда, уже на лестнице. На всякий случай напоминаю: я в теме не специалист, литературоведение - это не мое, про POV я ничего не читал, кроме того, что пишут на холиварке, и еще очень старой монографии Б. Успенского "Поэтика композиции" (рекомендую, она довольно интересная и есть в открытом доступе).
В ходе семинара (назовем это так) по «медленному чтению» LOTR ведущий в качестве опоры (можно сказать, «для разогрева аудитории») использовал понятие точки зрения. Кто конкретно вот это пишет и для кого это предназначено. Уместен ли этот вопрос в применении к «Властелину Колец»? Да, уместен. Потому что профессор, разрабатывая свой легендариум, практически всегда продумывает вопрос, «откуда нам это все известно». Через кого получены сведения? Кто автор текста? Это не очень очевидно для тех, кто не зарывался глубже «Сильмариллиона», но кто читал «Историю Средиземья», тот знает, что тексты того, что позднее сделалось «Сильмариллионом», приписывались то Эльфвине, человеку, который доплыл до Тол-Эрессеа, наслушался рассказов эльфов и все это записал; то некоему Пенголоду Гондолинскому; то Румилю... То есть идея о том, что у всякого текста есть автор, который знал ровно то, что знал, Толкину близка и важна (как, собственно, и любому филологу: вопрос о том, что мог знать автор данного текста - один из ключевых для исследователя). Что касается «Властелина Колец», история текста преподробнейшим образом расписана не далее как в прологе к роману (который мы читать не стали, А ЗРЯ-Я... впрочем, тогда бы мы на этом отрывке и зависли насмерть). Я хотел было его процитировать, но он слишком длинен, а между тем текст LotR вполне доступен в сети: см. раздел «Note on the Shire Records». «This account of the end of the Third Age is drawn mainly from the Red Book of Westmarch... It was in origin Bilbo's private diary, which he took with him to Rivendell. Frodo brought it back to the Shire, together with many loose leaves of notes, and during S.R. 1420-1 he nearly filled its pages with his account of the War» и далее.
Соответственно, вот исходя примерно из этого мы первую главу и читали. Буквально в каждом абзаце возникал вопрос, а кто это пишет и зачем. Вот, к примеру, для кого эта вставка: «At that time Frodo was still in his tweens, as the hobbits called the irresponsible twenties between childhood and coming of age at thirty-three»? Очевидно, не Бильбо и не Фродо это писали - уж наверное, они-то не считали нужным пояснять, что такое tweens? Очевидно, это позднейшая вставка, ее добавил кто-то из комментаторов - возможно, тан Перегрин Тук, с расчетом на гондорского читателя. И в итоге перед нами буквально как наяву предстала эта «Алая книга», традиционный манускрипт с широченными полями,
Это все, безусловно, очень интересно и увлекательно в качестве литературной игры (заданной в таком виде, повторю еще раз, самим профессором). Но. Имеет ли смысл анализировать текст ВК (ну как минимум первых глав) с точки зрения современного представления о точке зрения? Вот этого самого пресловутого POV, привязанного к определенному рассказчику? Можем ли мы сказать, что гипотетический автор текста, будь то Бильбо или Фродо, и есть «рассказчик», и в тексте можно проследить его POV? Вот я все-таки продолжаю думать, что нет.
Потому что современное представление о POV - это достаточно четко определенная концепция, и даже если вы, возможно, не способны ее сформулировать, это не значит, что у вас его нет и оно вам безразлично. POV - это когда все происходящее описывается с точки зрения определенного конкретного персонажа, и мы видим только то, что видит он, знаем только то, что знает он, и не можем знать ничего, что ему не известно. Когда он уходит из комнаты и дверь за ним захлопывается - все, дальнейшее покрыто мраком. С моей точки зрения, как переводчика, наличие POV означает, помимо всего прочего, что ты ограничен в выборе лексики и понятий словарным запасом и представлениями персонажа. Скажем, в первом «Гарри Поттере» я не мог просто взять и написать, что кентавр соловый. Потому что средний английский мальчик одиннадцати лет слово palomino, скорее всего, знает или хотя бы слышал - точно так же, как средний русский мальчик вполне может знать слова «гнедой» и «вороной», - а вот слова «соловый» русский ребенок, скорее всего, не знает; скорее всего, его и вы не знаете, если только не интересуетесь специально лошадьми. И более того, в силу каких-то странных исторических причин эта масть, сама по себе очень красивая, у нас ассоциируется не с шикарным скакуном, достойным короля, а с заморенной крестьянской лошаденкой. То есть в английском palomino Firenze великолепен, а в русском «соловый Флоренц» будет выглядеть какой-то деревенской клячей. Точно так же в свое время я буквально выходил из себя, когда у меня в книге варвар-степняк едет через скалы и видит в этих скалах окаменелые морские раковины. Понимаете, да, нет? Он варвар. Он дикарь. Он нигде, кроме своей степи, не бывал никогда, он и скалы-то впервые в жизни видит. Он не может видеть эти морские раковины, потому что у него нет представления, что это такое, и что такое вообще бывает. Это автор, университетский преподаватель с кругозором современного интеллектуала, смотрит из глаз степняка и рассказывает нам про эти раковины (низачем, это просто описание природы). А так нельзя, не положено, фу так делать!
Заметьте, POV - это не то же самое, что повествование от первого лица (когда этот персонаж говорит о себе «я» и рассказывает о событиях своими словами, а «автора» в тексте попросту нет). Современные книги от первого лица пишутся не так часто, хотя очень часто включают в себя пространные повествования от первого лица - а иногда это-то повествование и составляет основное содержание книги: например, у Ротфусса основное содержание его пока что дилогии составляет рассказ Квоута о своей жизни, классическое повествование от первого лица, перемежаемое краткими вставками от «всеведущего автора». Всеведущий автор - это еще один из вариантов повествования в классической художественной литературе, который теперь используется все реже. Он знает все происходящее и может в любой момент понаблюдать за любым персонажем по своему выбору (иной раз автор так и говорит: «Но вернемся к нашему узнику...» - и принимается описывать происходящее в одиночной камере, чего никто видеть не мог, потому что сам узник, например, спит).
А в чем, собственно, разница и почему она принципиальна? Так ли уж важно, с чьей точки зрения ведется повествование? Вот оказывается, что важно - и более того, я бы сказал, что эта разница отражает разницу мировосприятия, о которой я скажу ниже. Но для начала я скажу, что для современного читателя - и современного писателя тоже, а особенно если речь идет не о мейнстримном писателе, а об авторе, выдрессированном каким-нибудь АоЗ или фикбуком, где обратная связь стремительна, неотвратима, и если что не так, напихают тебе полную панамку, - важно то, что POV жестко привязан к определенному персонажу. Современный POV по умолчанию прибит, приклеен, гвоздями приколочен. Если это не так, это как минимум неспроста. Автор что-то хотел этим сказать. О таких вещах, вообще-то, предупреждать надо. Зачем он так? Почему у него POV скачущий? Фу так делать. Короче говоря, приклеенный POV - это сейчас канон. Часть свода правил современной литературы - таких же, как, например, правило избегать анахронизмов или представлять себе географическое пространство, в котором происходит действие (грубо говоря, карта должна быть - даже если в книге ее нету, ты должен ее представлять, когда пишешь, чтобы у тебя персонажи не перемещались за сутки между двумя точками, где заявленное расстояние полконтинента). Если автор этого не соблюдает, возможно, он делает это нарочно и хочет нам сказать чего-то особенного - но, по всей вероятности, автор просто ленив и небрежен и не умеет писать нормально. То есть «скачущий POV» - это, в большинстве случаев, такая же авторская небрежность, как пушка, стреляющая очередями (и в очень редких случаях - остроумная шутка, буффонада, как в мультике «Остров сокровищ»).
У классического всеведущего автора, конечно же, тоже есть POV. Он даже может быть приклеен и привязан к определенному персонажу. Но, как правило, в большинстве случаев POV этот свободно плавающий. Если вам нужна визуальная картинка, представьте себе, что автор возит мышкой по экрану. Вот Бэг-Энд, вот Бильбо, вот Гэндальф приехал, вот юные хоббитята. Тыц мышкой! - и мы смотрим на происходящее с точки зрения хоббитят. «Then he disappeared inside with Bilbo, and the door was shut. The young hobbits stared at the door in vain for a while, and then made off, feeling that the day of the party would never come.» Гэндальф с Бильбо ушли в дом, хоббитята остались снаружи, постояли и разошлись. Дальнейшего они не увидят. А мы тыц мышкой - и переключаемся на происходящее внутри: «Inside Bag End, Bilbo and Gandalf were sitting at the open window of a small room looking out west on to the garden.» С чьей точки зрения мы за этим наблюдаем? Бильбо? Гэндальфа? Сэм в окно подглядывает? Да какая разница? Именно в том-то и соль, что автору пофиг. Ему по умолчанию все равно, кто это видит и видит ли хоть кто-нибудь - вон, лис мимо пробегал, он увидел! Шутка, не было никакого лиса. Если у автора спросить, с чьей точки зрения мы видим происходящие события - он, возможно, ответит. Или нет. JRRT видит, этого достаточно. Во многих случаях этот вопрос не имеет смысла, как для современного драматурга не имеет смысла вопрос, почему у него между двумя действиями пьесы прошло две недели. Или пятнадцать лет. Прошло и прошло, так надо было, а чо? Вот гениальному Бомарше, допустим, в голову бы не пришло растянуть действие «Женитьбы Фигаро» на неделю. Или впихнуть всю трилогию в одну пьесу, чтобы за один вечер сперва Альмавива женился на Розине, потом попытался отбить невесту у Фигаро, а потом прошло двадцать лет, и преступная мать сознается, что... Ну нет, фу так делать. Канон классицизма не велит. Канон - это когда автор и читатель существуют в одном литературном пространстве, по одним правилам, и все в целом согласны в том, что положено, а что запрещено. Это позволяет нам правильно понимать друг друга, а если и нарушать эти правила, то нарушать их сознательно. Еще и поэтому так трудно читать старинную литературу - сперва надобно освоить канон.
И да, современному читателю тоже временами уже тяжело читать литературу всего-навсего столетней давности. Отчасти и потому, что каноны разошлись. (Человеку моего поколения, между прочим, тоже какие-нибудь комиксы читать не так-то легко: я просто не знаю правил, по которым вся эта манга строится. Вот я тут с крестницей общался, она мне что-то там под нос тычет, говорит: посмотри, ужас какой! - а я не понимаю, в чем проблема. Не знаю правил игры. Как старик Хоттабыч на футболе). И всеведущий автор его тоже бесит временами. Хотя идею читатель понимает - в конце концов, его всей этой классикой в школе потчевали-перепотчевали. Почему?
А кто у нас, собственно, этот всеведущий автор? Если вспомнить, что ВК - продолжение «Хоббита», то в «Хоббите» автор - это папа, рассказывающий детям сказку. Вот он рассказывал-рассказывал, потом ему надоело, что дотошный младшенький поправляет и переспрашивает, какого же все-таки цвета дверь-то у Бильбо, синяя или зеленая, и он эту сказку записал, чтобы больше уж не путаться. А потом и издал. А теперь вот пишет продолжение - и продолжение он пишет в том же стиле. Кто все это видит? Никто. Это папа рассказывает сказку. Он нам, наивным ребятам, показывает ровно то, что считает нужным, скрывает от нас то, что считает нужным скрыть, иначе выйдет неинтересно, объясняет непонятное, заманивает загадками, нагнетает саспенс, шутит, развлекает и увлекает. Короче, делает все от него зависящее, чтобы нам, детишкам, стало интересно и захотелось узнать, что там дальше-то было с Кольцом-то с этим. Какими способами он этого добивается - всеми, какими умеет. В том числе переключением точек зрения. Следить за тем, чтобы нидайбох не сообщить читателю чего-то такого, что не могли знать Фродо или Сэм - не его проблемы вообще. У него, вон, даже дракон взревел и пронесся курьерским поездом, хотя в этом мире никаких поездов нет и не будет еще несколько тысяч лет (ну, положим, больше он так не делал... однако ж и от курьерского поезда избавляться не счел нужным). И мне кажется, вот именно это-то современному читателю поперек горла. Он не желает быть наивным ребенком, которому умный взрослый дядя рассказывает сказку, пытаясь заставить поверить, будто бы это все взаправду. Нет, он желает быть искушенным взрослым, который стоит наравне с автором. По правде говоря, современный искушенный читатель порой смахивает на деревенского хоббита, который все боится, как бы ему на ярмарке не впарили запаленного старого пони за здорового трехлетку, но то уж такое. (Это я вспомнил сцену разговора Сэма с Бродяжником в трактире, на которую наткнулся тут случайно: «Sam was not daunted, and he still eyed Strider dubiously. 'How do we know you are the Strider that Gandalf speaks about?' he demanded. 'You never mentioned Gandalf, till this letter came out. You might be a play-acting spy, for all I can see, trying to get us to go with you. You might have done in the real Strider and took his clothes. What have you to say to that?'»)
Одна из неприятных особенностей всеведущего автора - что он, разумеется, знает, как все было на самом деле. Если он чего-то не рассказывает или недоговаривает - это специально, чтобы было интереснее. Но так-то автор знает все, что имеет отношение к описываемым событиям. И если в книге что-то написано - по умолчанию это правда, так и было. Нет, внутри книги персонажи могут ошибаться и заблуждаться. Или лгать преднамеренно. Но всеведущий автор не лжет. А если какие-то сведения вдруг неверны (ну так получилось, см. историю со старым и новым вариантами «Хоббита», например, в четвертом разделе пролога «Of the Finding of the Ring») - ему придется выдумать целую отдельную эпопею о том, как же так получилось. Ну не мог же Бильбо просто соврать! Ну нет, в данном случае он соврал, да. Кольцо попутало. А так-то вообще нет.
Эта концепция очень важна, принципиально важна именно для текстов Толкина. Все, что там написано - правда. Именно так все и было. Никаких расхождений и разночтений быть не должно. Именно из этого исходил автор, когда писал ВК и согласовывал текст серьезного взрослого романа с текстом детской сказки «Хоббит». Именно из этого исходил Кристофер Толкин, когда отбирал для публикации и редактировал тексты «Сильмариллиона». Из этого же он исходил, издавая «Неоконченные предания». И только уже потом, когда зашла речь о публикации «Истории Средиземья», сделалось ясно, что сохранить иллюзию истинности и непротиворечивости не удастся. Но изначально она была и была важна.
Поэтому когда идет речь о «разных авторах» в применении к легендариуму, речь идет о том, что их тексты дополняют друг друга - но никогда друг другу не противоречат. Идея субъективного взгляда, личного восприятия, ошибочного представления, «ненадежного рассказчика» настолько не толкиновская, что даже в фанфиках она не возникала очень и очень долго. Любые тексты, писавшиеся от лица и с точки зрения кого-либо из отрицательных персонажей, будь то Горлум, Саруман, назгул или Мелькор, непременно претендовали на то, что именно здесь рассказывается истинная правда. Не «у Сарумана своя точка зрения», а «профессор был неправ». Потому что истина может быть только одна, если Саруман по-своему прав, значит, неправ профессор, иначе быть не может. Концепция разных персонажей, разных рассказчиков, у каждого из которых своя правда, а «истинной правды» попросту не существует либо мы ее никогда не узнаем, не появлялась еще очень и очень долго. Ну, насколько я помню, перечитывать все фанфики, написанные за последние тридцать лет, я сейчас не полезу, если вспомните примеры обратного - приносите. Нет, ЧКА не пример, там как раз именно что профессор был неправ, «легендам привычно лгать», а на самом деле мы вам сейчас расскажем как все было...
Как бы то ни было, постмодернистская концепция разных POV - это в первую очередь как раз концепция субъективного взгляда, неполного знания, ненадежного рассказчика. Всей правды мы не знаем и не узнаем никогда, но мы можем взять разные точки зрения, сопоставить их и уже из них вывести некое общее представление о том, что было на самом деле - которое стремится к истине, но никогда не совпадает с нею полностью. Это принципиальный момент - что всей правды мы не знаем и не узнаем никогда. Это такая очень сложная литературная игра с другими правилами - не теми, по которым играют Толкин и Крис. Не все даже и постмодернистские авторы как следует ее выдерживают - иной раз за спиной очередного ненадежного рассказчика так и маячат уши всеведущего автора, который машет нам рукой и тыкает пальцем: мол, не верьте ему! Вот, вот как все было-то! Но это, в общем, тоже нехорошо и фу так делать: если уж взялся играть в то, что «всей правды мы никогда не узнаем», так играй по-честному. Но повторю еще раз: Толкин в это не играет. Толкин играет в другое. Толкин играет в то, чтобы мы забыли о том, что эту книжку пишет субъективный и ненадежный автор, и поверили каждому слову. И если уж он пишет про Арагорна на Керин-Амроте, то чтобы мы поверили в то, что видели это своими глазами, и если он came there never again as living man - значит, заранее точно известно, что не был. Если ты, читатель, не готов в такое играть, ты просто не поймешь, что они все находят в этой толстой книге, написанной, честно говоря, не самым простым и современным языком. Голова не закружится от реальности и истинности всего происходящего.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2025-09-02 03:36 pm (UTC)А ты говоришь о переносе критического восприятия исторических письменных источников на литературу. Что жевали мы ещё в прошлом веке и нажевали
Объективное (автор не может ошибаться, потому что он — Создатель подмира)
Субъективное (может, потому что не идеален)
и
Креативное (мир создан автором)
Экзистенциальное (мир где-то существует, у автора к нему доступ)
ОК, СК, ОЭ, СЭ
Ну ты ж не можешь этого не помнить
И для спора сперва надо понять, как ты воспринимаешь текст.
no subject
Date: 2025-09-02 03:54 pm (UTC)«То, что написал Толкиен — это его творческий пересказ эльфийских баек, а на самом деле...»
Помнится, такая позиция в фэндоме уже в 90-е встречалась.
no subject
Date: 2025-09-02 05:56 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-03 08:26 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-03 09:32 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-03 08:37 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-03 08:44 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-02 06:50 pm (UTC)И это отвратительно ><. Сюда же киношное "показывай, а не рассказывай".
no subject
Date: 2025-09-06 10:32 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-02 06:55 pm (UTC)Это представление основано на русских летописях, где главной задачей автора (летописца) было оправдание своего князя и обвинение других князей. Такой метод, заложенный летописцем, прошёл через всю русскую историографию и отразился в школьных учебниках.
Некоторую попытку поправить дело предпринимает критика исторических источников. Однако даже там редко пытаются понять, что именно имели в виду авторы текстов, пытаясь выразить избыточные мысли недостаточными словами.
no subject
Date: 2025-09-02 07:28 pm (UTC)А у других народов не так?
no subject
Date: 2025-09-02 07:39 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-03 01:08 pm (UTC)Я не утверждал, а спрашивал. Как мне представляется, это зависит не от народа, а от личности автора, его статуса и других факторов.
no subject
Date: 2025-09-04 01:14 pm (UTC)Достопочтенный Беда полон бреда.)
no subject
Date: 2025-09-02 07:51 pm (UTC)"Очевидно, это позднейшая вставка, ее добавил кто-то из комментаторов - возможно, тан Перегрин Тук" — сомневаюсь, что такие комментаторы (или сам Фродо?) вставили бы в текст что-нибудь типа
"Никогда за многие века подлой жизни Шелоба не чувствовала такой боли и не представляла себе, что можно так страдать. Ни храбрейшие воины древнего Гондора, ни самые дикие орки, попадавшие в ее сети, не пронзали острой сталью самое нежное место, предмет ее всяческих забот."
no subject
Date: 2025-09-02 08:03 pm (UTC)У![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
tai_simulacr по этому поводу, я бы сказал, почти противоположное мнение: https://tai-simulacr.livejournal.com/193260.html (https://tai-simulacr.livejournal.com/193260.html) . В том смысле, что текст Толкина это "летопись" с достаточно большим количеством естественных для летописей разных авторов ошибок и противоречий.
no subject
Date: 2025-09-04 05:30 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-06 03:56 pm (UTC)Если я правильно понимаю, ВК с дополнениями существует внутри самой себя как часть Red Book of Westmarch.
Т.е. это летопись победившей стороны.
no subject
Date: 2025-09-06 10:28 pm (UTC)Вообще я не то чтобы думала о том, кто рассказывает историю, когда первый раз читала "Властелин Колец". Но даже если задуматься над этим, то эта летопись не просто записки персонажей. Это то, что должно было дойти до нас, читателей этих книг, заметок и рассказов. Этот легендарный период какое-то время существовал только в голове Толкина. Потом стал достоянием очень ограниченного круга читателей/слушателей (семья и друзья). И только потом он дошёл до нас. Мог и не дойти, если бы Толкин был бо́льшим перфекционистом, чем он уже был. И то, что придумал Толкин, это не просто "версия". Это история нашего мира, которой никогда не было. Это летопись найденная и переведённая человеком, который не просто исследует несуществующее, а постепенно рисует картину, похожую на ту, что рисовал Ниггль. Картина может расти, с неё соскабливают отдельные мазки и наносят новые, но в основе своей она остаётся той же. Картина осталась незаконченной в нашем мире, но где-то за гранью существует то, что она изображала. Летопись не просто так дошла. Она должна была дойти. Она должна была открыть нам легенды, которых не существовало ранее. Поведать историю о том, как наш мир был спасён. И рассказать правду. Не истину в последней инстанции, почти каждый персонаж знает, где заканчивается то, что он знает, и начинается то, что он знать не может или пока не может знать. Но правду.
В определённом смысле мне не нравится слово "версия", касательно некоторых книг. В конце концов, не каждая книга должна быть детективом для читателей или материалом для теорий. Иногда просто хочется увидеть историю такой, какая она есть. Вы же не смотрите на каждую картину с мыслью: «Что хотел сказать художник, зачем он это нарисовал, а был ли вообще художник?». Иногда картина просто хороша такой, какая она есть.
И вот что. Я не специалист по Толкину, даже не близко. Но в одном письме Толкин написал, что во "Властелине Колец" было слишком много объяснений. Это заставило меня задуматься, что, возможно, действительно не стоит объяснять всё подряд в истории, которую придумываешь. Не то что бы я считаю, что какое-то объяснение во "Властелине Колец" было лишним. Мне даже кое-чего не хватало. Но если объяснять всё, то... всё равно всего не объяснишь. Учитывая, что мы и то, что постоянно присутствует в нашей жизни, не всегда можем объяснить.
no subject
Date: 2025-09-02 11:55 pm (UTC)Я вот очень не уверен в "как сейчас принято". Во-первых, постмодерн сейчас это немножко "Шишкин" такое милое, устаревшее, что можно повесить на стену в детском саду, но у себя дома уже не модно. Во-вторых, отношение между наличием истины и достоверностью точки зрения очень сложные — в классическом детективе истина есть, но pov очень строгий. Их одноременное присутствие никому не мешает.
no subject
Date: 2025-11-10 05:03 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-03 06:27 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-03 07:48 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-04 05:30 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-04 01:22 pm (UTC)Метро не объяснение. Был эксперимент со скрипачами исполнителями мирового уровня. В метро их останавливались послушать не более, чем обычных музыкантов.
Кто-то должен зайти и написать здесь, что с раковинами все было понятно и в степи.
no subject
Date: 2025-09-04 07:17 pm (UTC)no subject
Date: 2025-09-13 06:54 pm (UTC)Рвньше обычный люд знал, что такое окаменелости. Но совсем не так, как современный человек ) На Руси, например, крестьяне белемниты называли "чертовыми пальцами", и о их происхождении у них была своя версия (понятная из названия).
no subject
Date: 2025-09-14 05:27 am (UTC)no subject
Date: 2025-09-06 01:06 pm (UTC)Интересно. Мне нравятся обе позиции. Толкин крут (читала в 13, обалдела), но лет в 16 меня сильно зацепило Ниенной - это было как некое откровение, хотя позднее, наобщавшись с туссовкой, я согласна, что это чисто социальная тема. Именно Россия- 90-е то, что дало "пуш" этой теме. Брилева мне тоже очень по душе - это уже пришлось на 20+. По-моему, и всеведущий автор, и "недостоверный рассказчик" - это прикольно, и выбирать одного лишь суть обеднять свой опыт.
no subject
Date: 2025-09-06 10:30 pm (UTC)no subject
Date: 2025-11-10 05:01 pm (UTC)