Добро с большой буквы

[kot_kam]

Жалость остановила его руку. "Какая жалость, что патроны кончились!" - думал он, шагая к выходу из туннеля.

"Тошниловка"

Я понимаю, что я вас, наверно, уже задолбал Камшой, но я все-таки скажу еще одну вещь - мне кажется, это важно. На самом деле, автор «Этерны» - а вместе с ним и хороший, послушный читатель, следующий за авторским замыслом, - попадает ровно в ту же этическую ловушку, в которой изначально застрял Ричард Окделл. Ловушка простенькая, но эффективная, срабатывает раз за разом. Она состоит в том, что «хорошее» и «плохое» - это не поступки, мысли и слова живых и разных людей, которые сами по себе могут по ходу дела вести себя хорошо или плохо, а ярлыки, наклеенные раз и навсегда. Несмываемым клеем. (Отсюда и «кальвинизм», ну да). То, что Ричард Окделл изначально обречен быть плохим - это полбеды. Куда хуже то, что Рокэ Алва изначально обречен быть хорошим.Как для Ричарда Люди Чести по определению честны, а «навозники» по определению бесчестны, и он никогда не поверит, что эр Август ему попросту врет, даже если его десять раз носом ткнули (иначе у него мир рухнет - а он и рушится, когда Ричард в этом убеждается воочию) - так и у автора Рокэ Алва (как и некоторые другие персонажи) просто не может оказаться мудаком. Даже если он ведет себя как мудак - это вы что-то не так поняли (м-м, знакомые рассуждения, где же я это слышал совсем недавно?)

Тем более, автор Рокэ Алву раз и навсегда отмазал от подозрений, заранее уведомив нас, что он мерзавец и негодяй без капли чести и совести. Это стандартный романтический финт ушами (привет Дидериху!): главгерой - разбойник, демон, диавол во плоти. Он изначально обречен гореть в Закате, отвалите все нафиг. Поэтому он может себе позволить делать все, что считает должным (и ограничен в своих поступках исключительно своими личными представлениями о допустимом и недопустимом). Пока всякие там соплежуи рассуждают об этике и думают о спасении души, Рокэ Алва на свою душу давно уже махнул рукой и попросту спасает Талиг - а то и весь мир. Собственно, поэтому он и непогрешим. Он неуязвим для подозрений: он уже сразу заранее взял на себя все (и мы ему это все заранее простили, ага). Этично ли утопить полдюжины деревень? (Этично ли бомбить Дрезден/сбросить бомбу на Хиросиму/обстреливать жилые кварталы, где окопались боевики?) Да какая нафиг разница: надо - значит, надо. «Раз уж вам невмоготу поджечь фитиль, это сделаю я. Мне в раю делать нечего, а вы спасетесь» (кстати, этот «рай» в новом издании поправили же?) Вот она, высшая этика, да? Благородство высшей пробы. Положивший душу свою за други своя... Помните Гекльберри Финна? «Делать нечего, придется гореть в аду».

И здесь мы сталкиваемся с «проблемой паладина», так или иначе знакомой любому, кто играл в ролевые игры. Паладин - это рыцарь без страха и упрека, который всегда поступает хорошо. Потому что он паладин и не может иначе. Проблема в том, что когда паладин - это ты, ситуация очень легко выворачивается наизнанку. Если я по элайменту паладин, рыцарь без страха и упрека, значит, все, что я ни делаю - хорошо. Просто по определению. Поэтому по факту (например, на игре) паладин может оказаться таким редкостным мудаком, что орки обзавидуются. Потому что он в своих поступках не сомневается. Ведь если я Галадриэль, светлая эльфийская королева, значит, все мои деяния светлые и эльфийские. Если мы валар, значит, все наши решения верны, мудры и справедливы (заметим в скобках, что даже у Толкина это не совсем так). Если это Рокэ Алва, значит, все, что он делает и говорит - разумно и правильно. И точно так же, как для Ричарда Окделла не предусмотрено возможности усомниться в своем эре Августе - точно так же и для Арно Савиньяка не предусмотрено возможности почесать репу и сказать: «Слушай, дядя Росио, а вы с мамой, часом, не с дуба грянулись? Ты сам-то понял, что сказал? Это же западло, так делать». Нет-с, моя прелессть, дядя Росио фигни не посоветует. Почему-почему, по определению. Он непогрешим, как римский папа, вещающий с кафедры. Единственный из ключевых персонажей, кто смеет ему противоречить - это Ричард Окделл, и это как раз тоже сигнальная лампочка, что с Ричардом что-то не так. Хороший человек с Алвой спорить не станет.

Мне тут в комментах очень кстати процитировали стишок про то, что добро должно быть с кулаками. Ну, знаете: «С хвостом и острыми рогами, С копытами и с бородой». И я вспомнил, что ведь Рокэ в самой первой книге как раз тоже практически этот же стишок цитирует очень близко к тексту (ну а шо поделаешь, прослойка тонкая, культурный слой у всех общий. Есичо: Дмитрий Багрецов, 2002 год, по времени сходится). Насчет того, что если добро вот такое, то зло-то, пожалуй, посимпатишней будет. «Будьте осторожны, Ричард Окделл, — у Добра преострые клыки и очень много яду. Зло, оно как-то душевнее…» И, на самом деле, если отвлечься от обсуждений в сети и сосредоточиться на тексте и только на тексте, как то подобает добросовестному читателю, можно это прочесть как историю о еще одном хорошем мальчике, который начинал с того, что не мог решить, ворон он или ласточка, вырос таким полушутейным злом, лукавым трикстером, Локи, которого изо всех сил пихают на место Одина (а он, естественно, упирается, потому что это даже не смешно), а кончает тем, что у нас на глазах становится этим самым Добром с большой буквы, серьезным и пафосным. С преострыми ядовитыми клыками. И утягивает за собой всех, кто привык в него верить. Грустная сказка, а что поделаешь.

И вот тут кончается искусство и дышат почва и судьба. И я, пожалуй, больше ничего говорить не стану... Или нет.

P.S. На самом деле, вот поговорил с одним человеком и таки сформулировал, что конкретно мне не нравится. Пока Рокэ Алва - типичный персонаж авантюрного романа: желчный, но обаятельный раздолбай тридцати семи лет от роду, немного инфантильный, жестоко битый романтик, циничный, как все битые романтики, загнанный судьбою в роль и должность, которые ему, в общем-то, не по плечу (ага, отделка щенка под соберано ускоренным курсом...), и отчаянно сопротивляющийся попыткам надеть на него что-то большое и несгибаемое, по большому счету, не очень-то умный (как мог бы вести себя на его месте «Алва с мозгами» - неплохо описано в фанфиках одноименного автора... ну хотя бы попытаться обдурить свое проклятие вместо того, чтобы романтически страдать по этому поводу! Ну мужик, ты трикстер или где?)... - так вот, пока нам показывают вот это, все ок. Он себя ведет так, как только и может себя вести такой человек. Предъявлять ему претензии, что он, например, не справился с Окделлом - все равно, что предъявлять мне претензии, что я лично не прекратил войну с Украиной. Он и не мог - точно так же, как и сам Окделл при своих обстоятельствах не мог вырасти другим человеком.

Но когда мне предлагают, ничего не меняя в вышеизложенном раскладе (хотя нет, вот, говорят, бухать бросил...), считать данного персонажа Идеальным Государем и моральным камертоном для всех... не, извините, я на такое не подписывался. Если все его чувство ответственности за страну и мир в конечном счете сводится к тому, что он когда-то кого-то не убил - а надо было!.. Нет, Идеальный Государь и моральный камертон, живущий по принципу платоновской девчушки: «Надо всех плохих людей убить, а то хороших слишком мало», мне чем-то не близок. Какая-то слишком куцая политическая программа.

Comments

[nik-nazarenko.livejournal.com]

а что мог сделать Алва с тем как прирезали Катари? Посадить её в чулан и ключ выкинуть? ей и так прогулы на кладбище пару книг выписывали

[themalcolm.livejournal.com]

Убить Окделла, конечно же. Сто раз мог убить и сто раз дал слабину.

В самом крайнем случае, минимум миниморум — приказать Валентину не отпускать его в Олларию, а отвезти в Ноймаринен. Надор бы это не спасло, но Катари — вполне.

[nik-nazarenko.livejournal.com]

ну не был бы окделл — был бы другой. она пережила свою полезность, а хвост за ней остался. т.е. катари уже никому по сути не нужна. разве что окделлу. а для бывшей королевы это вредно для здоровья...

[themalcolm.livejournal.com]

Если бы да кабы. Нафантазировать можно всё, что угодно, но по книге её убил именно тот человек, к которому "непогрешимый" герцог Алва проявил совершенно неоправданную снисходи тельность. Потому что ошибочно счёл его уже безобидным и безвредным. А он и убить-то смог в значительной степени именно потому, что никто к нему всерьёз не относился.

[i-o-a-n-a.livejournal.com]

Катарину убрали бы в любом случае. После смерти Фердинанда она никому не нужна и только мешает. Ее дети — да, нужны и новой элите в Олларии, и герцогам Ноймаринен, т.к. при них можно быть регентом, пока наследник вырастет (или не вырастет, все может быть). А там и до смены династии не далеко.
Честно сказать, Катарина — это единственный персонаж, которого вообще не жалко. Она свалилась в яму, которую сама же и вырыла своими многолетними интригами и лицемерием.

[aywen.livejournal.com]

Это уже какая-то вариация на тему "Выбраковки". Убить человека, потому что мы послезнанием знаем, что это будет убийца, без суда и следствия, простите, а это точно положительный персонаж?

[themalcolm.livejournal.com]

Мнэ, а положительным персонажа делают суд и следствие?

Юриспруденция юбер аллес?

Что-то мне вспоминается поттериана, с её принципами, что убить преступника нельзя, ни-ни, никогда и ни за что, а вот посадить его в изуверскую тюрьму, где он сам сдохнет с гарантией, только медленно и в страшных мучениях — это совершенная справедливость? Признаться, более гнусного мироустройства мне не попадалось никогда.

[aywen.livejournal.com]

Азкабан всё-таки и с авторской точки зрения не образцовая тюрьма.